Онлайн книга «Притворись моей»
|
Усмехнувшись, Левицкий усадил меня на кровать, попросив не вставать, пока он не вернется с аптечкой. Оставшись в одиночестве в гостевой спальне, я потуже затянула полотенце на груди, ужасаясь сложившейся ситуации. В чужой квартире. Полуголая. С торчащим из пятки осколком. На улице стеной шел дождь, а я умудрилась разбить очки! Еще и ногу так сильно поранила. Представляю, что обо мне подумал Паша… POV Павел Отыскав в одном из кухонных шкафов аптечку, я хорошенькоприложился красным чемоданчиком по своей дурной башке. Давненько я не чувствовал себя настолько херово. Меня буквально ломало, скручивая сухожилия в тонкие жгуты, еще и до неприличия затвердевший член не способствовал мыслительному процессу. Что я там наплел Маше? «Прости, я не подумал. Я такой долбоеб…». Кишка тонка была признаться, что я хотел, чтобы она нас услышала. Я этого хотел. Да. И встал у меня только после того, как в сознании родилась данная извращенная мысль. Мышка слушает, как мы трахаемся, краснея и зажимая ушки. Почему? А вот здесь сплошные знаки вопросов. Сам себе не мог объяснить, что за бес в меня вселился после поездки в «Дубки». Одно я знал наверняка, Мышка с каждым днем бесила меня все сильнее, и это уже не было связанно с ее аховым внешним видом или дурацкими очками… К списку раздражающих факторов добавились её душевная простота в сочетании с какой-то абсолютной добротой, наивностью и жертвенностью. Взять хотя бы её подружку Лильку из бухгалтерии, заправляющую «арт отделом» по производству рисованных ужастиков с Машей в главной роли. Даже не прибегая к просмотру видеозаписей, я сразу вычислил «художника». Да у рыжей на лице было написано — «я завистливая тварь»!Только Маша продолжала улыбаться ей и ходить на совместные обеды, не видя дальше своего носа. Но я не спешил впрягаться, с каким-то мазохистским кайфом наблюдая со стороны. В глубине души мне хотелось сделать ей больно. Не физически, конечно. Я же не совсем отлетевший… И вот эта поселившаяся во мне маниакальная кровожадность по-настоящему пугала… С той «совместной ночи» мысли о Маше носили куда более разрушительный характер, нежели банальное раздражение. Эта новая эмоция оказалась гораздо глубже, и я никак не мог подобрать ей подходящее определение. Сам факт того, что я без конца думал об этой очкастой замухрышке, неимоверно злил. Да что там злил… Убивал. Хотелось вытащить из себя все это дерьмо клешнями… Поэтому-то я и разрешил тупой шлюхе обслужить меня ртом, зная, что Маша сидит в приемной. Она ведь согласилась на нашу сделку ради квартиры? М-м… Значит, схавает и это… Сучильда с губами-варениками старалась как никогда, но я долго не мог кончить. Зафиналил только, крепко зажмурившись, представив Машу перед собой на коленях. В моей извращенной фантазии Мышка, сперва, послушно обслуживала меня ртом, а после я разложил ее на рабочем столе, жестко, до красных отметин на бедрах оттрахав, вынуждая призывно выгибаться и пошло подмахивать мне в процессе. Я имел ее глубоко, яростно и долго, охуевая от крышесносной отдачи девчонки… Она была такой мокрой и тугой, что у меня капитально отлетели тормоза. Хотелось ебать Машеньку без меры. — Паша… Ну, ты где? — донесся до меня тоненький испуганный голосок гостьи, покорно дожидавшейся меня на койке в одном полотенце, стягивающим ее охуенные сиськи. |