Книга Притворись моей, страница 32 – Эмилия Грин

Салон погрузился в тревожную тишину. Еще как минимум пару раз на протяжении пути я ловила на себе его странные взгляды, ощущая себя под ними окончательно дезориентированной и… будто голой.

— Я не люблю повторять дважды, — отстранённо выдал, снижая скорость. — Сейчас мы поднимемся ко мне. Ты примешь душ, переоденешься, и мы поговорим.

— Этот разговор ничего не изменит. Я приняла решение, — закусив губу, я пыталась выиграть время.

Не послушав меня, Левицкий вышел из автомобиля, и, обогнув его спереди, распахнул пассажирскую дверь.

— Ну, хоть на чай я могу пригласить свою несостоявшуюся фиктивную невесту?

— А как же встреча с Арбатовым? — напомнила я устало.

— Я ее отменил. И две другие тоже. Свободен как птица в полете, — он все это время блуждал нечитаемым взглядом по моему лицу.

— Паша, это, правда, не лучшая идея…

— Пойдем, — Левицкий протянул мне руку, однако, побрезговав ее принять, я без помощи босса или уже бывшего босса покинула салон внедорожника.

Хоть дождь немного стих, низкие свинцовые облака намекали — недавний ливень всего лишь разминка перед настоящим буйством стихии.

Пройдя просторный двор, явно обустроенный ландшафтным дизайнером, Левицкий подтолкнул меня к подъезду элитной высотки.

Миновав огромный пустой холл, он вызвал для нас лифт. Когда металлические двери захлопнулись, я вдруг осознала, как сильно дрожу в своих отяжелевших мокрых вещах. Меня колотило крупной дрожью.

Паша облизал губы, нависая надо мной. Очень смущала его странная кривоватая усмешка…

Я поджала подбородок, чтобы тот не дрожал, пытаясь вернуть себе былую решимость, но из-за образовавшегося в горле липкого сгустка, никак не выходило выдать хоть что-то вразумительное.

Вскоре мы покинули лифт, и Левицкий, ловко провернув ключ в замке, пригласил меня в свою квартиру.

— Добро пожаловать!

Я застыла на пороге, осматриваясь в очень просторной прихожей, лаконично обставленной в серо-синих тонах, явно подобранных дизайнером.

— Тебе лучше переодеться и принять душ, — хозяин квартиры беззастенчиво остановил взгляд на моей груди, обтянутой влажной тряпкой. — Ты вся дрожишь.

— Я… Я не хочу делать это здесь, — попятилась, каждой клеточкой ощущая странное сгущающееся в воздухе напряжение. — Ты хотел поговорить? Так говори! И я поеду домой…

— Маш… — хрипловатый голос Паши спровоцировал вереницу мурашек на моей пояснице.

Кашлянув в кулачок, я смочила пересохшие губы языком.

— В договоре прописано, что мы не обязаны хранить друг другу верность, — Левицкий неотрывно смотрел мне в глаза. — Мы можем трахаться с кем пожелаем.

— Я в курсе, — кивнула,против воли окунаясь в водоворот недавних горестных воспоминаний.

— Тогда в чем дело?

— Ты, правда, не понимаешь?! — я издала глухой смешок, за которым последовала ужасно неловкая пауза.

Хозяин квартиры неопределенно пожал плечами.

— На самом деле, ничего и не было, кроме паршивого ми…

— Паш!

— Ладно-ладно, — он поднял ладони рубашками вверх. — Похоже, я реально перегнул. Не подумал, что тебя может это… — замолкнув, мужчина, очевидно, подбирал слова, — обидеть…

— А если бы в приемную кто-нибудь вошел?

— У меня проблемы с башкой, Маш. Великий человек ведь не может обладать заурядной психикой? Я тебя понял. Ничего подобного больше не повторится.

Он попытался перевести все в шутку, но, увы, меня нельзя было причислить к касте великих. Нам, простым смертным, этого не понять…