Книга Ошеломленный, страница 76 – Эми Доуз

Я закатываю глаза.

– Сейчас ты уже просто драматизируешь.

А затем… я слышу хныканье.

Пару часов спустя Мак лежит на моей кровати, свернувшись в позу эмбриона и приложив пачку горошка к своей промежности. Он проплакал всего час после того, как я довезла его до моей квартиры. Сначала я думала, что он так на меня обиделся, что хотел уехать к себе домой. Но потом он сказал, что ожидает, что я буду ему весь день прислуживать, чтобы искупить вину за это вопиющее преступление. Так что вот она я, стою у его ног… жду, что он в любой момент попросит искупать его в ванной.

Мак с жалобным стоном протягивает мне оттаявший горошек.

Я вздыхаю.

– Ты все еще на меня злишься? Может, дашь мне наконец на него посмотреть? – устало спрашиваю я. – Если он так сильно болит, то нам, наверное, лучше обратиться в неотложку. Или хотя бы попросить Инди или Белль прийти и взглянуть на тебя. Они все-таки медики.

– Сегодня уже достаточно людей насмотрелось на мой хрен и яйца, спасибо большое, – ворчит он, пряча лицо под своей накачанной рукой в татуировках в фирменном драматичном стиле Мака. – И я все еще на тебя злюсь.

– Что я могу сделать, чтобы загладить свою вину?

Он пожимает плечами и опускает руку.

– Просто полежи рядом и поговори со мной, пока я не усну.

Я не могу не улыбнуться этому большому забавному идиоту. Я наклоняюсь и целую его в лоб, а потом уношу горошек обратно в холодильник. Выключив свет, я залезаю к нему в кровать.

Мы лежим лицом друг к другу.

– О чем ты хочешь поговорить?

Он тяжело вздыхает.

– Напомни мне, как выглядят твои сиськи. За эти долгие часы я уже успел забыть.

Я окидываю его серьезным взглядом.

– Если я покажу тебе свои сиськи, ты перестанешь ныть?

Он грустно пожимает плечами.

Я сажусь, задираю свою ночнушку и хорошенько трясу грудью, прежде чем опустить ее и забраться обратно под одеяло.

Он улыбается, как ребенок в рождественское утро.

– Это было очень заботливо с твоей стороны, Куки.

– Живу, чтобы служить, – отвечаю я.

Мак смотрит на мою ночнушку с котятами.

– Сколько у тебя таких ночнушек? Меня настораживает тот факт, что спустя столько ночей они ни разу не повторялись.

Я поднимаю глаза к потолку, мысленно пытаясь их посчитать.

– Штук десять, наверное? Не уверена. Но у этой есть мини-версия для кота.

– У вас с Геркулесом есть парные ночнушки? – спрашивает Мак, светясь от восторга. – Боже, я обязан это увидеть. Где спряталось это ужасное существо?

Я тяжело вздыхаю.

– Она на него не налезает. Для котов плюс-сайз одежду не делают.

– А стоило бы.

– Вот именно! – хмурюсь я. – Я сшила ему пару костюмчиков, но каждый раз, когда я одеваю в них Геркулеса, он просто обмякает. Это очень смешно. На самом деле, я даже завела для него аккаунт в соцсетях. Там куча видео, как он наряжается и падает.

– О боже, – смеется Мак и смотрит на меня. – Сколько у тебя подписчиков?

– Шестьдесят четыре тысячи! – хихикаю я. – Мой первый пост немножко завирусился. Я никому не говорю об этом аккаунте, и никто из моих знакомых не знает, как выглядит Геркулес, чтобы догадаться об этом.

– Это уморительно, – довольно ухмыляется Мак. – Тебе стоит заняться одеждой для толстых котов.

– Я бы с радостью, – улыбаюсь я, – у меня есть целый блокнот с эскизами маленьких очаровательных нарядов. Даже парочка костюмов для собак есть, потому что, ну, люди любят своих пухлых песиков. Правда, у меня больше нет времени на то, чтобы шить для себя.