Книга Возьми номерок, страница 29 – Эми Доуз

Он как раз тащит меня обратно на танцпол под одну из моих любимых кавер-песен группы «Харт», когда сзади раздается мамин голос.

— Нора, посмотри, кто наконец-то пришел.

Крепко сжимаю руку Дина, я отчаянно не хочу этой встречи и мечтаю убежать, куда глаза глядят. Дин ободряюще сжимает мою руку, и я тяжело выдыхаю. Вот почему он здесь. Это то, ради чего мы нарушали все правила всю ночь напролет. Я могу это сделать.

Отпускаю руку Дина и поворачиваюсь.

— Нейт, как?.. — Голос застревает у меня в горле, когда я рассматриваю открывшееся передо мной зрелище.

Мужчина, стоящий рядом с матерью под неприличным количеством мерцающих огней, это не тот Нейт Хоторн, которого я ожидала увидеть. Даже близко нет.

В детстве Натаниэль был тощим, и в зубах у него постоянно была еда. Он считал, что принимать душ вредно для окружающей среды, и никуда не ходил без своей валторны.

Этот парень передо мной… просто секс! Светловолосый и загорелый, с очень широкими плечами, которые, кажется, в любую секунду разорвут черный пиджак.

И он высокий. Нейт же не был таким мускулистым и высоким в школе? Это невозможно. Я бы это запомнила. Мама упомянула, что ему поставили брекеты, но не упомянула об остальных его изменениях, которые просто поразительны. Честно говоря, он стал тем, кого мы с Рейчел назвали бы «зачетный пончик».

Видите ли, до того, как я усовершенствовала свой рецепт крупонов, «Проснись и пой!» специализировалась на более традиционных пончиках для гурманов. Наши витрины были полны красивых, красочных пончиков, которые мы начинали делать в три часа ночи каждый день. И естественно, некоторые пончики были красивее других. Поэтому мы с Рейчел придумали систему сортировки. Самые красивые шли в центр. Мы назвали их «зачетные пончики». «Ни то ни сё» шли позади них. А пончики из нашей первой партии за день, пока кофе не поступал в наши организмы, назывались «не ахти» и засовывались в заднюю часть, где их никто не мог увидеть.

До этого момента я бы отнесла Нейта из детства к категории «не ахти». Качество и вкус великолепны, но внешний вид оставляет желать лучшего, чтобы быть хедлайнером.

Однакочеловек, стоящий передо мной сейчас, очень похож на «зачетный пончик».

Нейт одаривает меня жемчужно-белой улыбкой с определенно очень ровными зубами.

— Нора Донахью, ты просто загляденье.

Я смеюсь и чувствую, как меня охватывает румянец, когда тереблю тонкие бретельки своего платья.

— И ты тоже, Нейт. Калифорния явно пошла тебе на пользу. — Я прочищаю горло, потому что мой голос звучит глупо и с придыханием.

— В Калифорнии было хорошо, но я скучал по Боулдеру, — отвечает он с легкостью. — Здесь есть то ощущение маленького городка, которого не может достичь ни один район Лос-Анджелеса.

Мой взгляд опускается к его выпирающим грудным мышцам под лацканами пиджака.

— О, я тебя понимаю… где ты живешь?

— Я все еще в поиске хорошей недвижимости для инвестиций, поэтому пока живу с родителями. Мне нужно что-то поближе к фирме. — Его голубые глаза мерцают той милой добротой, которая всегда у него была. — Так легче быть трудоголиком.

— О, да. Я живу над своей пекарней, поэтому могу понять это желание. Мама упоминала, что ты заменяешь своего отца. Как идут дела?

Он понимающе улыбается.

— Примерно так, как и следовало ожидать, учитывая, что старик не хочет уходить на пенсию, но мама его заставляет.