Книга Возьми номерок, страница 120 – Эми Доуз

— Я близко, — восклицаю я, мои мысли мчатся вместе с ощущениями в моем теле.

Парень крепче сжимаетмое бедро, глядя мне в глаза.

— Никогда не делал этого ни с кем раньше.

— Я тоже. — Я хватаюсь за него и держусь изо всех сил.

Он толкается снова.

— Только ты, Нора.

Я киваю в знак согласия.

— Только ты, — повторяет он, прежде чем оба наших тела охватывает бешеная потребность кончить и воспарить к небесам.

Дин прижимается своим ртом к моему, а я приподнимаю бедра, чтобы встречать его толчки. Наше дыхание — это смесь голода и страстного желания. Ощущения настолько сильны, что нам не нужно много времени, чтобы разбиться вдребезги и сорваться в темную бездну.

Сейчас все кажется правильным… естественным… настоящим. Настолько реальным, что я не хочу, чтобы это прекращалось.

Дин

Меня будит легкий храп, и когда открываю глаза, на моих губах появляется ухмылка, когда я вспоминаю, что Нора в моей постели, в моих объятиях… храпит. Я наслаждаюсь тяжестью и теплом ее тела, распростертого на моем. Она использует мою грудь в качестве подушки, ее дыхание вызывает мурашки на теле до самых пальцев ног, пробуждая член.

Легонько провожу рукой по ее спине, лаская нежную кожу, ненавидя тот факт, что это мое последнее утро с ней.

Утыкаюсь носом в ее волосы, и она начинает ворочаться на мне.

— Ты проснулся? — шепчет она, извиваясь и заставляя мой член пульсировать.

— Только что, — отвечаю я, заставляя себя перестать нюхать ее, как гребаный пещерный человек. — Как ты себя чувствуешь?

Она стонет мне в грудь.

— Отлично. Возможно, немного побаливает.

Я не могу не улыбнуться.

— Мы действительно прожили неделю без секса.

Она поднимает голову и упирается подбородком в мою грудь.

— Это рекорд для нас.

Хмурю брови, когда этот комментарий возвращает нас в реальность. Мы больше не будем ставить рекорды, потому что это все. Это конец.

Подношу руку к ее лицу и провожу пальцами по скуле, пытаясь запомнить ее черты; я буду скучать по ней. Буду чертовски скучать по ней. Я уже скучаю, а она буквально лежит на мне голая.

Уголок ее рта дергается в ухмылке.

— О чем ты сейчас думаешь?

— Ты идеальная женщина.

На ее лице расплывается широкая улыбка.

— Такой подлиза.

— Это правда, — честно признаю я и запускаю пальцы в ее волосы. — Ты заслуживаешь того, чтобы знать это.

Пронзаю ее серьезным взглядом, потому что хочу, чтобы она мне верила. Я хочу, чтобы она услышала меня и поняла, что может заполучить любого, кого захочет… если она этого хочет. Но я бы солгал, если бы не признал, что был бы не против, если бы она прожила оставшуюся жизнь монахиней, потому что мысль о том, что другой мужчина может увидеть ее такой, выводит меня из себя.

Между ее бровями пролегает складка, когда она отстраняется, чтобы сесть, сложив ноги по-турецки, лицом ко мне. Прижимает белую простыню к груди и отвечает:

— Ты тоже… довольно невероятный.

Я медленно качаю головой.

— Нет, я нет.

— Ты тоже. — Она смеется и тычет меня в ногу, которая торчит из-под одеяла. Ее щеки вспыхивают румянцем, когда онадобавляет: — Вообще-то, я хотела узнать, может быть, ты захочешь пойти со мной на мое телеинтервью в Денвере в субботу.

— То утреннее шоу, о котором договорился Макс?

На ее лице появляется нервное выражение.

— Да. Они сказали, что я могу привести с собой гостя, и я подумала, что было бы неплохо, если бы мой парень присутствовал.