Книга Следующий в очереди, страница 39 – Эми Доуз

Он посмеивается, проводя руками по бедрам, и говорит:

— Не волнуйся, я все равно не поклонник крутить и жмакать. Я простой парень, который любит «натягивать».

Громко стону, ничуть не забавляясь этой унизительной ситуацией. Мне просто нужно вести машину и сосредоточиться на чем-то другом, а не на Сэме в этих джинсах. И вообще, что такого в этих джинсах? Они, как день и ночь, отличаются от тех, что были на нем в «Приманке и снасти у Марва». Они такие... мужские. В этом все дело? Если нет, то это должно быть так, потому что именно такие носят мужчины, а не мальчики. Выцветшие и потрепанные в нужных местах, облегающие, но не узкие. И не настолько длинные, чтобы не видеть изящные коричневые ботильоны, доказывающие, что Сэм действительно обладает неким сексуальным стилем, кроющимся под всей этой грубой мужественностью.

Не то чтобы я его оценивала.

Нет. Точно нет.

Просто подметила его вкус, потому что Стерлинг всегда носил мешковатые джинсы. Такие, что собирались на ботинках и выглядели неряшливо. Это единственная причина, по которой я отметила внешний вид Сэма сегодня вечером. Он одевается как взрослый, и мне это нравится. Конец истории!

Выезжая на дорогу, чувствую на себе пристальный взгляд Сэма, а его низкий голос эхом отдается в машине.

— Разве тебе не нужно знать направление?

Я вздрагиваю, как идиотка, потому что, куда, черт возьми, я собралась ехать?

— Да, было бы хорошо.

Он информирует меня о паре поворотов, пока мы не берем курс в западную часть города. После нескольких минут молчания он спрашивает:

— Итак, скажи мне вот что: если Майлс думает, что ты только сегодня приехала в город, где ты жила с тех пор, как мы в последний раз ходили на подледную рыбалку?

Тяжело выдыхаю, жалея, что не могу не ответить на этот вопрос, но я знаю, если кто-то и заслуживает правды, так это Сэм.

— Я остановилась в загородной гостинице «Шиповник».

— Почему? — спрашивает он, и я уже слышу осуждение в его голосе.

— Потому что должна была провести неделю у своего парня в Северной Каролине, и никто не знает, что мы расстались, поэтому мне нужно было где-то спрятаться.

— Парень, который говорит «примитивная», не пользуется социальными сетями и не обновляет статус отношений на Фейсбук?

— Я умоляла его этого не делать, — со стоном отвечаю я. — Сказала, что собираюсь рассказать обо всем родителям только после Нового года, потому что не хочу портить им праздник.

— И он согласился?

— Да.

Он кряхтит.

— Что? — спрашиваю я.

— Пытаюсь понять, почему он без проблем испортил праздник тебе.

Прикрыв глаза, он выжидающе смотрит на меня, явно ожидая ответа.

Прикусываю губу, прежде чем сказать что-то в оправдание действий Стерлинга.

— Полагаю, в доме моих родителей я могла его напугать.

— Чем? — спрашивает Сэм, всем телом разворачиваясь ко мне, весь обращаясь во внимание.

— Ну, перед тем, как улететь в то рождественское утро к своим родителям, он остановился со мной в доме у моих родителей. Ночью мы лежали в постели, и, черт возьми, не знаю... Наверное, можно сказать, я была опьянена духом Рождества, потому что, возможно, начала называть имена наших детей и говорить о том, какие подарки от Санты мы могли бы им сделать.

Сэм молчит, поэтому я продолжаю.

— Возможно, я зашла слишком далеко, потому что он не прикасался ко мне всю ночь, а обычно он всецело сосредотачивался на сексе. Но я надеялась, что это пройдет, поэтому встала в три часа ночи, чтобы испечь ему перед полетом булочки с корицей.