Книга Минутку, пожалуйста, страница 98 – Эми Доуз

Макс качает головой, его глаза полны печали.

— Джош, вы с Линси — больше, чем просто ситуация.

— Перестань, ладно? Мне этого от тебя не нужно. — Я достаю из бумажника деньги и бросаю их на стойку. — Ты — единственный друг, с которым я разговариваю. Не заставляй меня сожалеть об этом, приятель.

Он поднимает руки в знак поражения и одаривает меня улыбкой, которую мне очень хочется стеретьс его лица.

— Прости, хорошо? Я здесь ради тебя, Джош. Что бы тебе от меня ни понадобилось.

Я сжимаю переносицу.

— Мне нужно, чтобы ты был таким другом, который напоит меня и скажет, что все будет хорошо.

Его губы растягиваются в широкой улыбке.

— Хорошо, что это моя специальность.

Было уже больше пяти, когда Uber высадил меня перед домом. Мы с Максом весь день играли в бильярд и пили виски, так что ехать домой самому было не очень хорошей идеей.

Половина дня оказалась приятной, как только мы избавились от тяжелых разговоров. Я и понятия не имел, как сильно нуждался во встрече с другом.

Когда переступаю порог, меня встречает дразнящий аромат ужина. Открыв на кухне духовку, украдкой заглядываю внутрь. На сковороде готовится лазанья. Таймер показывает пятьдесят минут.

Таймер — это хорошо, Джонс. Таймер означает отсутствие пожара, обожженных рук и несчастных случаев, из-за которых я теряю рассудок.

Я иду по коридору, следуя на звук музыки кантри, льющейся из ванной для гостей. Останавливаюсь и прижимаюсь ухом к двери, чтобы убедиться, что слышу движение.

— Трахни меня глубоко и жестко. Хочу, чтобы этот длинный, толстый член, от которого я становлюсь чертовски мокрой, достал до самой матки.

Мое давление взлетает до небес. С колотящимся у горла сердцем толкаю дверь. Но когда мой затуманенный взгляд находит фокус, единственным человеком в комнате оказывается Линси — в ванне, покрытая пузырьками, за исключением высунувшихся из воды рук, в которых она держит книгу в мягкой обложке.

— Господи! — восклицает она, чуть не роняя книгу, но успевает вовремя перехватить, прежде чем та полностью погрузится в воду. — Джош, ты меня до смерти напугал.

Я осматриваю ванную, нуждаясь в подтверждении, что с ней никого нет. Шагаю к туалетному столику, выключаю Bluetooth-динамик, останавливая музыку и пытаясь перезапустить свое сердце.

— С кем, черт возьми, ты здесь разговаривала? — Образ Линси, говорящей непристойности другому парню — на месте которого, как мне не ненавистно это признавать, я представлял Дина, — резко отрезвляет меня.

— Я разговаривала с орешком, — парирует она, поворачиваясь, чтобы положить книгу на круглый деревянный табурет рядом с ванной. Она откидывает назад выбившиеся из беспорядочного пучка волосы и бросает наменя сердитый взгляд. — Не объяснишь, почему решил ворваться сюда и напугать меня так, что я чуть не описалась в ванной?

Я неловко мнусь перед ней.

— Я... мне показалось, здесь кто-то есть.

Она хмурит брови.

— Ты думал, я прошу кого-то достать до моей матки?

Я отшатываюсь от этого воспоминания.

— По ту сторону двери это звучало плохо, ясно?

Она закатывает глаза и погружается в пену, опуская руки на бортики ванны, вода с них капает вниз в сток каменного ложа.

— В моей книге для беременных написано, что орешек теперь слышит, поэтому с малышом неплохо бы разговаривать, чтобы он привыкал к звуку моего голоса. Я говорила вслух всю неделю. Налаживала связь.