Книга Клятва, страница 25 – Дарья Белова

— Зачем?

— Хочу попробовать, — без промедления отвечает.

Логика в его словах есть. Но при чем здесь я? Мы, можно сказать, познакомились пару недель назад. И вдруг вечерние поедания сладостей. Такое допустимо только между близкими людьми. Потому что первый этап знакомства — это всегда ресторан, а не вот эти все встречи в спортивных костюмах на пляже и обсуждение состава полезных конфет.

— Алекс, я… — набрав полные легкие воздуха вместе с пляжным песком, который царапает горло, выдыхаю, — я думала, ты позвал меня, чтобы обсудить что-то важное. Лично.

— Это важно.

— Поесть полезные сладости в семь вечера?

— Именно. Тебе можно? — вскидывает брови и делает вид, что в порядке вещей задавать такие вопросы.Словно мы каждую неделю встречаемся на пляже и идем пить кофе, есть бургеры или финиковые конфеты.

— Есть сладости? Да.

— Тогда в чем претензия?

Наваливается новое чувство. Оно тянется от ног к груди. Имя ему — пофигизм. Это какие-то сластушки, а не бокал Каберне Совиньон при свечах.

— Ладно, — соглашаюсь.

— Тогда пошли, — делает уверенный шаг и показывает путь.

Но я в замешательстве. Для меня по-прежнему все эти встречи, разговоры вызывают недоумение. У нас у каждого уже своя жизнь, свой распорядок. У меня есть мужчина, да и Алекс, думаю, не в одиночестве проводит свои дни и прогулки по паддоку.

Что ему эти дурацкие полезные сладости в компании с шантажисткой, которая чуть не сломала его чемпионство два года назад?

Эдер идет впереди, едва поспеваю. Боже мой, если бы я только заикнулась о своих подозрениях в назначенном мне свидании, гонщик бы точно рассмеялся. Самой стыдно за такую мимолетную мысль.

— Ты в курсе, что «Glaze» хотят стать одними из спонсоров Формулы-1? — поравнявшись, спрашивает.

— Нет, — давая себе время на обдумывание, отвечаю.

— Рекламные кампании с тобой могут быть развешены по паддоку на американских Гран-при.

Гонщик сообщает мне новость легко, даже с невесомым восторгом в голосе. Не то, чтобы я надеялась услышать недовольство, что моя физиономия будет теперь маячить у выхода из его моторхоума, но явно не рассчитывала на такую реакцию. Алексу нравится эта новость. Будто бы.

— Слухов будет… — говорю то, что жарит язык. Надо было промолчать.

— Пришли, — все, что слышу в ответ.

Заведение с бело-голубой крышей так и называется — «Полезные сладости». Большие окна, пара столиков на улице. Пол выложен плиткой, а продавцы и официанты в симпатичных желтых фартуках. Стиль 50-х здесь исполнен на все сто процентов. Уютно, и уж точно нет ощущений, что мы на свидании.

Прохожусь вдоль витрины. Тортики, пироженки, конфеты, кексы. На вид вкусно.

— Выбрала что? — Алекс останавливается позади. Настолько позади, что делаю шаг в сторону, выталкивая свое тело из его ауры.

— Угу, — киваю и подхожу к кассе. — Бутылочку воды. Без газа.

— Ты же сказала, тебе можно есть в такое время сладкое! Оно здесь безвредное. Ну, так написано, — впервые за последнее время чувствую некие яростные нотки в голосе гонщика. Емуне нравится.

Но поделать с этим ничего не могу. И не буду.

— Можно. Но я не говорила, что хочу, — и приветливо улыбаюсь пухленькой латиноамериканке.

— Ясно, — Алекс, сжав руку в кулак, делает беззвучный стук по витрине, — мне эспрессо.

Достаю кошелек из спортивной сумки, которую едва не забыла взять, и протягиваю карту. Эдер силой двигает меня в сторону, и готова была вскрикнуть «эй»! Наглый гонщик!