Книга Руководство по соблазнению, страница 27 – Ви Киланд, Пенелопа Уорд

Я улыбнулся.

– Кому ты это рассказываешь? Как думаешь, почему у нее четыреста плюшевых игрушек-слонов? Она их обожает, и я уже подсел на то, как загораются ее глаза, когда я приношу домой очередное животное.

Оуэн вскоре ушел. Холден сказал, что ему тоже пора, и предложил имениннице присесть, чтобы он исполнил для нее серенаду. Женщины не могли устоять, когда Холден пел, и неважно, сколько им было лет – четыре годика или тридцать. Он написал милую колыбельную, и все время, пока он пел, на лице моей дочери сияла улыбка от уха до уха. Мне нравилась песня, пока я не оглянулся и не увидел, как Билли смотрит на нашего мистера Суперзвезду.

Черт. Многим женщинам нравился Холден и его неряшливый вид «мне-на-все-насрать». Но они все хотели наброситься на него, как только он доставал инструмент или начинал петь. Я не понимал, почему он был барабанщиком в своей группе. Чувак мог бы выступать солистом в любой группе, в которой бы захотел. Даже я считал, что голос у него чертовски сексуальный.

Песня закончилась, и Билли несколько раз моргнула.

– Вау. Это потрясающе!

Холден сверкнул своей фирменной улыбкой, которая так и кричала:да, я охренительный, поэтому я как можно скорее выставил этого ублюдка из своей квартиры. Возможно, я в буквальном смысле вытолкал его за дверь. Хотя думал, что сделал это незаметно.

– Хочешь, чтобы я тоже уехала? – спросила Билли, когда я к ней повернулся. – Своих друзей ты вроде как уже выпроводил.

– Неужели я их выпроводил?

Она выжидательно приподняла бровь, и мне пришлось во всем признаться.

– Все женщины влюбляются в Холдена, независимо от того, поет он или играет на барабанах. Это был вопрос времени, когда ты швырнешь в него своими трусиками, если бы я позволил ему остаться.

Билли усмехнулась.

– Я похожа на человека, который бросается трусиками?

Я вздохнул.

–БабушкаОуэна приударила за Холденом после того, как однажды увидела, как он играет на барабанах.

– У него прекрасный голос, и я уверена, что он талантливый музыкант. Но Холден меня не интересует.

– Нет?

Билли покачала головой.

– Тогда, может, кто-то из его друзей? Я где-то слышал, что парни, которые умеют печь торты, намного лучше в постели, чем те, что умеют петь.

Глаза Билли заблестели.

– Тортправдаполучился очень вкусным.

К счастью, моя дочь вбежала на кухню прежде, чем я успел зайти слишком далеко – например, предложить размазать остатки торта по всему ее телу и слизать их.

– Папочка, а теперь мы можем пойти на мост?

– Через несколько минут, милая. Может, сбегаешь пока за толстовкой?

– Хорошо!

Сейлор побежала обратно в свою спальню, и я понял, что натворил.

– Эй, малышка, не вытаскивай все из своего комода, чтобы найти одну толстовку. Просто возьми ту, что лежит сверху.

Билли рассмеялась.

– Ты знаешь свою дочь.

– На прошлой неделе я велел ей сбегать за шортами. Я как раз завершал проект по работе на ноутбуке. А когда потом вошел в ее комнату, она выглядела так, словно в магазине детской одежды взорвалась бомба.

– Моя квартира почти всегда так выглядит.

– Женщины, – усмехнулся я.

– Так куда вы собрались? Сейлор сказала – на мост?

– О, да. Мы собираемся посмотреть на мост Уордс-Айленд^[6]. Это традиция, которую завел мой отец, когда я родился. Он тоже архитектор, и ему нравилось показывать мне разные сооружения в городе. Каждый год в день моего рождения он водил меня на очередной мост. Мы еще ни одного не пропустили, а мне уже двадцать девять.