Книга Дочь для миллионера. Подари мне счастье, страница 71 – Алекса Гранд

– Ну здравствуй, Эва.

Разворачиваюсь неторопливо. Смахиваю невидимые пылинки с халата, поправляю воротник и наблюдаю за тем, как ко мне приближается Глеб Казаков. Он двигается вальяжно, как будто прогуливается по парку или набережной, стирает ладонью влагу с шеи и закладывает большие пальцы за пояс шорт, окидывая меня долгим тяжелым взглядом.

– Здравствуй, Глеб, – я откликаюсь не слишком охотно и передергиваю плечами, намекая на то, что было бы неплохо сказать, зачем он меня тормознул.

– Давно не виделись, – так же медленно тянет Казаков, а я не придумываю ничего умнее, чем бросить сухое.

– Ага.

– Что, даже не спросишь, как у меня дела? – Глеб качается вперед, подавшись на носочки, и возвращается обратно, а я не понимаю, что за игру он затеял.

– Не то, чтобы меня это интересовало.

Я сообщаю не слишком вежливо, но моя грубость благополучно пролетает мимо ушей Казакова.

– Устроился отлично. Клуб арендовал мне крутую хату. Двадцатый этаж, панорамные окна, крутая плазма, все дела. Может, заглянешь в гости, как в старые добрые? Чайку попьем, винишка, роллы закажем.

На миг я опешиваю от предложения, которое я совершенно точно не оценила. Наша интрижка уже давно в прошлом и не значит для меня ровным счетом ничего. Я сошлась с Глебом после развода с Багровым из глупого стремления доказать себе, что я все еще девушка для миллион, которую желают многие, и без угрызений совести разорвала отношения, когда они исчерпали себя.

От былой привязанности, которую нельзя даже с натяжкой назвать сильным чувством, не осталось и следа.

– Нет. Не загляну.

– Окей, не хочешь ко мне, давай сходим в ресторан. Или сгоняем на выставку. Чем там сейчас увлекаются молодые симпатичные физиотерапевты?

– Ничем. Я с Данилом, Глеб.

Мотнув головой, я подхватываю с газона чемоданчик Петровского и удаляюсь, считая, что поставила точку в нашем странном разговоре. Только вот Казаков думает иначе.

Спустя минут тридцать, когда я сижу в кофейне при арене, он подсаживаетсяко мне, укладывает голову на руки, покоящиеся на столе, и смотрит снизу-вверх заискивающе.

– А ты похорошела за то время, пока мы с тобой не виделись. Приобрела стать, породу, лоск, – перечисляет Глеб певуче, а я брезгливо морщусь и задаю закономерный вопрос.

– Зачем это все?

– Что? Я просто делаю комплимент девушке, которая мне нравится. Разве это противозаконно?

– Нет. Но все же не стоит, Глеб. Я уже говорила, я с Багровым.

Казаков снова не обращает внимания на мою ремарку, приподнимается и двигает в мою сторону поднос с тарелкой с тремя разным видами пирожных. Предвосхищая отказ, он ловит мое запястье, и именно в этот момент за спиной раздается характерное покашливание.

Это Данил вернулся меня забрать и, судя по всему, не нашел в кабинете.

__________________

*[3] – строчки из стихотворения Мальвины Матросовой.

Данил

Сейчас, в разгар рабочего дня тренажерный зал практически пустует. Щуплый, Денчик с завидным усердием тягает штангу, потому что его очередная пассия заявила, что ему неплохо бы подкачаться и вообще «все нормальные мужики своих девушек на руках носят, а ты…». И вот он, вывалив язык на плечо, мучается, пыхтит, истекает потом, сражаясь с великоватыми для него «весами».

Я же спокойно выполняю комплекс восстановительных упражнений, которые прописали мне клубные эскулапы. Действую медленно, плавно, без рывков, и отмечаю, что неприятные ощущения отсутствуют полностью. А это значит, что совсем скоро я смогу вернуться к тренировкам и, с большой вероятностью, выйду на следующий матч.