Книга Ты моя, страница 55 – Виктория Победа

Обреченно выдохнув ему в губы, я обхватила Макса ногами, позволяя ему удобнее устроиться.

— Убиваешь меня…

Он снова впился в мои губы, бедрами подался вперед. А я возненавидела эти мешающие сейчас брюки.

— Макс, пожалуйста.

Архангельский оказался очень сообразительным, остановившись, он только перевел дыхание, потом оттолкнулся от матраца и сполз с кровати. С каким-то изощренным любопытством я наблюдала, как он расстегивает ремень, как снимает брюки и трусы.

— Нравится? — хохотнул Макс, поймав меня на разглядывании его достоинства.

А я к своему бесконечному стыду не могла оторвать взгляда и просто машинально кивнула.

— Потрогаешь?

Я завороженно потянулась рукой. Никогда себе ничего подобного не представляла даже, нет, я как и все, конечно, видела краем глаза видео для взрослых, но чтобы сама, вот так. Макс зашипел, положил руку поверх моей, сжал и провел моей ладонью вперед, потом назад. Я опустила взгляд туда, где моя рука скользила по его горячему твердому члену и невольно вспомнила, как тогда, в душе, Макс делал со мной то, о чем даже думать было стыдно. И в голову пришла совершенно дикая мысль. Мне вдруг захотелось попробовать. Попробовать так же.

Я инстинктивно облизнула губу, сверху тотчас же донесся протяжный приглушенный стон.

Кажется, Макс подумал о том же. Я как-то очень живо представила сам процесс, не думая, наклонилась вперед и едва касаясь, лизнула головку.

Тяжелая ладонь легла мне на затылок, качнув бедрами, Макс шумно втянул воздух. Я поняла, конечно, что от меня требуется. Открыла рот, губами обхватила розовую головку и закрыла глаза.

— Оближи, — хриплый, едва слышный приказ, и я подчинилась, сделала как он просил.

Ответом был сдавленный стон. И отчего-то меня распирало восторгом, мне, оказывается, безумно нравятся стоны.

— Все, Лиз, хватит, — я уже вошла во вкус, когда Архангельский вдруг отстранился.

— Не понравилось? — я опаской посмотрела ему в глаза.

Он улыбнулся, наклонился и навалился на меня, вынудив лечь и широко расставить ноги.

— Охренеть, как понравилось, Лиз, но я не могу больше, — я почувствовала легкое скольжение у себя между ног, — ты хоть представляешь, что я собираюсь с тобой сейчас сделать?

Я, как оказалась, не представляла, даже близко не представляла. И вскрикнула от неожиданности, когда рванув меня на себя, Макс резко вошел. Не так как в прошлый раз, совсем не так. А потом задвигался, и движения его были совсем другие. Я поняла, насколько в тот первый раз он был осторожен. Сегодня все было по взрослому.С легкой паникой, я обхватила его бедра, обняла, прижалась сильнее, соглашаясь на этот совершенно дикий темп. И каждый грубый толчок отдавался сладким импульсом в теле. Я выгнулась, застонала в голос, полностью отдав инициативу.

Его жесткие, ненасытные, почти животные движения выбивали из меня хриплые стоны и мольбы не останавливаться.

Только не останавливаться, казалось, что если он прекратит, я просто умру.

И когда он резко вышел, я практически расплакалась.

А потом меня резко перевернули и поставили на четвереньки.

Мамочки…

Это было так грязно, так открыто, так развратно и в то же время безумно остро.

Я отчаянно хватала ртом воздух, и только и могла, что губы кусать, чувствуя, как Макс наращивает темп, как вколачивается в меня с такой силой, что если бы не его руки у меня на бедрах, я бы уже давно потеряла равновесие и распласталась на кровати.