Книга Сдавайся, страница 155 – Наталья Юнина

— Значит, приготовила праздничный ужин?

— Ага, — закрываю глаза, подставляя губы под его поцелуй.

— А что еще приготовила?

— Маленькие презенты, которые тебе не понравятся, — усмехаюсь ему в губы. — Но они понравились мне.

— А внезапные проблемы, которые забрали у меня несколько часов, тоже ты приготовила, чтобы успеть приготовить ужин и привезли пианино? Не без Матвея обошлось, да?

— Ага, — киваю. — Злишься? Ну прости, я хотеласделать сюрприз.

— У меня сегодня одни сплошные сюрпризы. Несколько часов назад я думал, что способен реально на убийство. Не из-за того, что ты мне подкинула маленьких проблем, а по другой причине. И я был очень зол, когда сюда шел. Но сейчас отпустило.

Я не успеваю спросить, почему отпустило. Яр подхватывает меня на руки и несет к лестнице.

— Стой, можно попробовать… на пианино. Я его протерла хлоргексидином, если что.

— Пренепременно, но не сегодня. Через пару недель обкатаем. Я частенько представлял тебя на нем голую.

— Подожди, а почему через две?

— Потому что.

— Гениально.

— А то.

Как только мы поднимаемся в спальню, Крапивин ставит меня около кровати и принимается расстегивать на платье молнию. Оставив меня в одних трусах, разворачивает к себе лицом.

— Я пиздец как тебя хочу. На пианино, в кровати и вообще везде. Но если мы сейчас займемся сексом, ты расслабишься и уснешь. У нас нет времени на это роскошество. У тебя есть максимум час, чтобы собрать необходимые вещи из квартиры. И полчаса максимум на то, чтобы взять все необходимое отсюда. Аптечка и все жизненно необходимое собрано. От тебя только личные вещи. Одежда, белье, купальники, средства личной гигиены.

— Не поняла. Мы уезжаем?

— Да. Извини, что раньше не говорил. Если бы сказал, ты непременно придумала какую-нибудь отмазку, чтобы не ехать. Или побоялась бы реакции папочки. А так, некогда заниматься раздумьями и отмазками. Считай, это прихотью именинника. А желание именинника ведь закон?

— Типа того. Но… так не делается.

— Именно так и делается. Спонтанность наше все. Вот эти трусы — снять, — поддевает резинку. — И надеть нормальные. Хлопковые. Ни во что не врезающиеся. Удобные. В самолет никаких обтягивающих вещей. Все только удобное, — чувство такое, словно это все мне снится. — Соня, прием. Ты меня услышала? Помочь собрать вещи?

— Нет. Я сама. И куда мы летим? В Турцию?

— В конце ноября?

— Дубай?

— Почти. Сейшелы.

* * *

Крапивин в который раз оказался прав. Узнай я про путевку заранее, ни за что бы не согласилась, особенно, когда узнала бы сколько лететь. Ненавижу самолеты. А уж длительные перелеты и подавно. Если бы он не напоил меня алкоголем в салоне самолета, я бы непременно проела ему всю плешь.

Но даже если бы не это факт, ябы все равно отошла и стала лапочкой при виде нереального цвета морской воды и пляжа с белоснежным песочком. Два дня как в раю, и все никак не могу насладиться морем. Утро начинается стабильно с двухчасового заплыва, из которого Крапивин меня с трудом вытаскивает.

— Это райское наслаждение.

— Я же говорил, тебе понравится.

— Никогда не видела такого красивого моря.

— Конечно, никогда. Учитывая, что это индийский океан, — насмешливо бросает он, пропуская меня в номер.

— Ой, блин. Открой окно и не душни.

— Нет. Скоро начнется дождь. Живность повылезает из-за влажности, так что без окна.