Книга Сдавайся, страница 152 – Наталья Юнина

— Две банки просроченной сметаны на четыре дня. И упаковка сыра на целый месяц. Может, пора избавиться от них?

— Положи обратно. Саша съест. В смысле я сделаю ему ленивый хачапури.

— Саша?

— Ну не ты же, раз увидел, что они просрочены. Тебе я приготовлю что-нибудь, о чем ты не в курсе.

— Наташа, твою мать. Как давно мы едим просрочку?

— Всегда. Так делают все нормальные люди. Просто кто-то в этом признается, а кто-то нет.

— Чего еще я не знаю?

— Ты знаешь все. Просто бесишься от того, что все идет не по твоим планам. И хочешь хоть к чему-нибудь придраться, чтобы выплеснуть свой негатив. Тебе не кажется, что пора это прекращать? Мое терпение уже висит на сопле.

— Всем привет, — вхожу в кухню с улыбкой на лице. Целую маму в щеку. Папу… не решаюсь. Хоть и хочу, но смотрит он на меня волком. Спит и видит, что я вернулась насовсем. А вот и фигушки.

Ставлю упаковку с булочками на стол и… стопорюсь. Наидебильнейшая ситуация. Все всё знают и никто об этом не говорит.

— С праздником, папочка, — нарушаю затянувшееся молчание и все же тянусь к нему на носочках и целую в щеку.

— С каким?

— С международным мужским днем.

— Ты головой ударилась, доченька? Сегодня девятнадцатое ноября, а не двадцать третье февраля.

— Я в курсе. Это и есть международный мужской день. Погугли на досуге, — протягиваю ему упакованную в подарочную бумагу туалетную воду, — перевожу взгляд на маму. Не знаю, что я хочу увидеть сейчас в ее взгляде. Одобрение, наверное.

Порой бесит,что она не пристает ко мне и не расспрашивает про Крапивина.

— Ты только за этим пришла? — так и хочется топнуть ногой. Ну, почему он такой упертый?

— А почему нет? — как можно беззаботнее произношу я. — Сегодня поздравляют своих любимых мужчин, — блин, ну как так получается?! Хочу, как лучше, а получается, как всегда. При слове «мужчин» у папы в буквальном смысле дергается глаз. — Еще я принесла булочки со сливками собственного приготовления, — уверенно вру я, пытаясь перевести тему.

— Ты поправилась, — обводит меня придирчивым взглядом. Это что еще за намеки?

— Конечно, поправилась. Уже как полтора месяца. Ты забыл?

— Я имею в виду набрала вес.

— Да, после болезни появился аппетит. Сметаю все подряд. Но мне говорят, что мне идет.

— Ты не знаешь прописную истину? Набирают вес после свадьбы, а не до. Я надеюсь, ты не беременна, — хмурится он.

— Откуда, папочка? Я же ни с кем не встречаюсь, — произношу со всем ехидством в голосе, на которое только способна.

— Будешь есть булки, скоро в дверь не влезешь, — парирует в ответ, потянувшись за булочкой. — Покупные, — недовольно бросает папа, направляясь к выходу.

— Мам, я правда поправилась?

— Нет. Он просто бесится, что все идет не по его плану, поэтому задевает тебя хоть чем-то, чтобы сделать тебе неприятно. Ты взбесишься, испортишь себе настроение, в ответ попортишь нервы своему «ни с кем не встречаюсь», вы поругаетесь, а твой папа будет только рад. Так что не бери в голову.

Спокойствие мамы начинает раздражать, как собственно и недовольство папы.

— Почему ты такая спокойная? И почему не пристаешь ко мне с расспросами?

— А зачем мне к тебе приставать, если ты не хочешь об этом говорить? У тебя есть язык, которым ты нас успешно доставала с папой с младенчества. Сейчас ничего не изменилось, он у тебя рабочий. Когда ты хотела говорить, ты трещала без умолку. Значит, сейчас не хочешь. А мне достаточно того, что я знаю, что у тебя все хорошо, — вот так просто? — Отпразднуем новый год вместе? В смысле не вчетвером, а впятером.