Книга Сдавайся, страница 146 – Наталья Юнина

— Ой, да ладно. Ты не был пьяным и даже выпившим. И сказал мне это с конкретной целью, а именно для того, чтобы я встала на твою сторону и была категорически против того, чтобы она встречалась с сыном некогда твоей девушки, сыграв на моей ревности. Но, Вячеслав Викторович, ты просчитался. Мне уже не двадцать и я на пути к взрослению, то есть не поведусь на то, что когда-то ты спал с какой-то женщиной до меня. Плевать, — сказать, что я в шоке — ничего не сказать. Но точно могу сказать, что мама врет. Не может ей быть плевать. — Хотя, немного напрягает, что с ней придется встретиться и понимание того факта, что она видела тебя голым. Но, с другой стороны, у тебя же уже другое тело, не как в двадцать или когда вы там мутили, — о Господи… — Да, и учитывая, что они любят прятаться, может быть, и свадьбу сыграют где-нибудь в Греции или на Кубе, и не придется делать вид, что рад всем гостям, потому что их не будет. Никого не будет. Только Соня и ее не маленький мальчик. Прелестно. И столы не надо накрывать всей этой ненужной толпе, — машинально перевожу взгляд на Крапивина, который как ни в чем не бывало поднимает большой палец вверх.

— Какую, нахрен, свадьбу? — спасибо папиному взрывному возгласу, который снова приводит меня в чувство.

— Обыкновенную, Славочка. Гетеросексуальную, разумеется.

— Ты действительно думаешь, что я позволю этому случиться?

— Конечно. Я же смогла тебя обработать с Сониным переездом и не только. Скоро продвинемся дальше.

— Ты меня обработала? — насмешливо произносит папа.

— А что, нет?

— Я позволил себя типа обработать только для того, чтобы она нагулялась. Получила свой первый неприятный опыт и продолжила жить привычной жизнью. Без этого гондона.

— Я поняла. Больше всего тебя бесит не то, чей он сын и не то, что ты спал с его матерью, которая когда-то выбрала не тебя, а тот факт, что именуемый тобой гондон, обвел тебя вокруг пальца, когда заграбастал к себе нашу дочь, в то время как ты профукал ее планируемое похищение. По сути, свою агрессию и недовольство самим собой ты перекладываешь на него. Яправильно думаю?

— Я думаю, что вовремя закрытый скворечник — залог успешных отношений.

— А я думаю, вовремя открытый и вовремя закрытый. Посмотри на это с другой стороны. Где бы была наша Соня, если бы не он? — перевожу взгляд на Крапивина, кажущегося со стороны уже совсем не заинтересованным в подслушиваемом разговоре. Но я уверена, что он умело претворяется, вытирая свои ладони влажными салфетками. Чувство такое, что он намеренно их трет, пытаясь отвлечься. — Ты бы сейчас думал не о том, как поймать его в шкафу и мечтал бы, не о том, что он накосячил, а, возможно, о том, чтобы вернуть не только живую, но и болтливую, задающую неудобные вопросы девочку, — понимаю, что надо давно нажать на сброс и перестать слушать чужие разговоры, от которых мое некогда хорошее настроение кануло в Лету, но не получается. Любопытство, мать его. — Так что хватит. И вообще, давай объективно. Наша принцесса, пусть и красивая, но, откровенно говоря, на любителя. На очень терпеливого любителя. Слава Богу, что он нашелся. Если честно, я свечку за его здравие ставила, когда ты сказал, что он в больнице. Не дай бы Бог умер. Не каждый сможет Соню потянуть и вытерп…

Скидываю звонок, не дожидаясь комплиментов от мамы. Столько всего услышано, что я не знаю на чем остановить свои мысли. И только ухмыляющийся Крапивин приводит меня в чувства. Ему смешно?!