Книга Сдавайся, страница 135 – Наталья Юнина

— Наверное, потому что я сменил постельное белье и тебе не мешали крошки от печения, — усмехаясь бросает Крапивин.

— Однозначно. Именно поэтому ты будешь постоянно менять постельное белье.

Когда он ставит передо мной тарелку с идеально прожаренной яичницей, аппетитнейшей сосиской, не менее смачной жареной картошечкой и филигранно уложенными овощами, я понимаю, что мне не к чему придраться. Вот же гад! Хотя…

— Ярослав Дмитриевич, покупной хлеб? Вы должны были его сами испечь. И сосиска. Это что покупная, а не пальцем пханая?

— Покупная. Все для тебя. Ешь, потом поупражняешься в остроумии.

— Непременно. Кстати, а где пакет, который передал курьер от Матвея?

— На помойке.

— А что там было?

— Ничего. Пустой.

Да ну быть такого не может. Встаю из-за стола и открываю дверцу шкафа, где стоит мусорное ведро. Рядом с ним тот самый пакет. Заглядываю внутрь и обнаруживаю там упаковки с роллами, бутылку вина и… записку.

«Хорошего вам вечера, ребятушки. Сонечка, не обессудь за маленькую ложь и за то, что тебя полапал. В конце концов, если бы я тебя не позажимал, вы бы и не встретились сегодня. Не благодари. Подкрепитесь винишком и роллами. Конечно, после того как почпокаетесь. А то, не дай Бог, срыгнет на тебя.

Ps. Яр, роллы лепились руками в перчатках, обработанных спиртом. Сверху, чтобы наверняка, я сбрызнул роллы хлоргексидином и святой водой»

Перевожу взгляд на Крапивина. Он как ни в чем не бывало продолжает завтракать.

— А вино зачем выбросил?

— Такоеже дерьмовое, как и игрушка.

— Вы по-прежнему ревнуете, Ярослав Дмитриевич?

— Я ем.

Возвращаюсь за стол и сажусь напротив Крапивина.

— Ты мне кое-что вчера в процессе сказал. Но это было сказано для того, чтобы меня отвлечь. Я хочу услышать это сейчас в спокойной обстановке.

— Не припомню что. То, что я хотел заняться сексом на столе, потому что у тебя была кровать в крошках?

— Не это.

— То, что у тебя красивая задница и грудь? Охрененные.

— Больше ты мне ничего не хочешь сказать?

— Ты волшебница, моя дорогая.

— М-м-м… это уже что-то новенькое. Поподробнее, пожалуйста.

— Я пришел к тебе в белых носках, сейчас они серые, а уйду в черных. Магия, — спокойствие. Только спокойствие.

— Да, волшебство у меня в крови. Смотри, не договорись, а то я достану свою волшебную палочку и так тебя отфеячу, что мало не покажется.

— Хм… а я думал, волшебная палка только у меня.

— Мечтать не вредно. Так что, не надумал мне больше ничего сказать?

— Ну ладно, сдаюсь. Ты нужна мне.

— Сильно?

— Как собаке усы.

На языке так и крутятся слова из дурацкой песни: «он был прекрасен, как Иисус, произведение искусств». Интересно, Крапивин специально собирает стол в одних штанах без футболки?

Кто бы мог подумать, что можно смотреть вечно на то, как мужик собирает мебель. А ведь еще полчаса назад я злилась, что сборка не включена. Надо все в квартире разобрать, чтобы он и дальше возился с какой-нибудь штуковиной в руках, а я делала вид, что попиваю чаек, просматривая новостную ленту в телефоне. Пытаюсь заставить себя отлипнуть от этой картинки, но получается с трудом. Не хватает еще, чтобы он был в курсе, что я на нем залипаю.

В какой-то момент Крапивин резко поворачивает ко мне голову, из-за чего я естественно не успеваю сделать вид, что мое внимание приковано к телефону. Вид у него странный, как будто поймал меня на чем-то запретном.