Книга Сдавайся, страница 119 – Наталья Юнина

— Я тебя предупредил.

— Яр, давай по-честному. Я свободен, она тоже. У нас с тобой равные условия. Поправляйся, друг мой. И не буянь.

* * *

Тир… Как в здравом уме можно было согласиться пойти с Матвеем в тир? Точнее, как можно было пригласить меня на такую фигню? Я была уверена, что мы пойдем туда, где стреляют пульками и получают за это мягкие игрушки, а не вот это вот все.

И вообще, что я с ним делаю уже вторую встречу? Если бы Крапивин за мной следил, он бы знал о нашей встрече в ресторане и уже тогда хоть что-нибудь написал мне, если бы приревновал.

— Попробуешь первой? — поднимаю взгляд на Матвея. Так и хочется спросить: ты, блин, не видишь, что у меня в руке коктейль, бургер и пирожок? Я есть хочу, а не вот это все.

— Нет. Я просто посмотрю.

Вопрос: что делать дальше? Раз в неделю с ним встречаться, чтобы что? Спать я с ним не собираюсь. Хотя теоретически, если бы не скотина, я бы смогла на него запасть. Но ведь не торкает.

— Тебе неинтересно? — вдруг произносит Матвей, как только мы оказываемся в помещении.

— Просто я думала, что будет что-то вроде мишеней на аттракционах и я получу мишку в подарок, а не так серьезно.

— Забавно, что еще существуют такие девушки как ты.

— Какие?

— Сложно объяснить. Плюшевый мишка — это необычно. Нравятся мягкие игрушки?

— Ну, да. А ты часто этим развлекаешься?

— Да. Это мой тир.

— Твой?

— Ну не только мой. Еще того, к кому ты тогда залезла в дом, — подмигивает, а у меня в ответ начинает барабанить сердце как сумасшедшее. — Не бойся. Его здесь не будет, — а хоть бы и был!

— Ясно. А вы с ним… любите стрелять?

— Есть немного.

Так многое хочется спросить, но понимаю, что это дико подозрительно.

— А его точно здесь не будет?

— Точно.

— Почему? — ой, заткните мне кто-нибудьрот!

— Да, загулял товарищ.

— В каком смысле загулял? — ну на хрен. Просто отрежьте мне язык! На мой вопрос Матвей почему-то усмехается.

— В прямом. Зажигает с проститутками, — коктейль как-то сам выпадает из рук. Ну и, конечно, крышка от стакана открывается, и молочная жижа выливается на пол. Я тут же наклоняюсь и начинаю протирать все салфетками.

— Ну или без проституток. Я точно не знаю, — слышу рядом с собой уже знакомый голос. — Не переживай. За пол, — тут же добавляет он. — Сейчас приберут. Присаживайся.

Все, о чем я думаю — это то, как попасть домой, включить какую-нибудь плаксивую музыку и всласть разрыдаться. Переезд не сделал меня ни капли счастливой. Мне только хуже!

Я сажусь за стол и принимаюсь запихивать в себя еду. Правда, это сложно, учитывая звуки. Кто вообще может увлекаться таким дерьмом? Неужели Крапивин тоже?

— Ну, как тебе? — переводит на меня взгляд Матвей.

— Вкусно, но сухо, — произношу, еле проглотив кусок бургера, застрявший в горле. Слышу смех Матвея и не могу понять какого хрена? И тут до меня доходит. Он спрашивал про то, как мне его попадания в мишень.

— Ты великолепна, Соня. Но так нечестно. Почему ему?

— Что?

— Да, так. Мысли вслух. Иди сюда, научу тебя стрелять.

— Ой, я не очень хочу.

— Иди сюда, — настойчиво повторяет он, подзывая к себе рукой.

Я не знаю, как реально учат стрелять, но что-то мне подсказывает, что при этом так… учениц не трогают.

* * *

Еще недавно я хотела жить одна. Без камер и охраны. Сейчас тупо жалею о своем решении. Даже некому поплакаться. Но возвращаться вообще не вариант. Так и вижу, как папа ухмыляется, видя меня и мои неудавшиеся со скотиной планы насквозь. Нет, не так. Поправочка. С вдоволь натрахавшейся скотиной. Еще недавно я переживала о том, что ему может сделать папа. Сейчас убила бы собственноручно.