Книга Клушка, страница 37 – Ирина Шайлина

— По Триггеру скучаю, — сказал Ванька, которому я постелила в раскладном кресле. — Мы сходим к нему в гости?

— Обязательно сходим.

И реветь захотелось. Наверное и правда клушка я. Чего я ждала? Что остановит, он даст уйти? Замуж позовёт? Глупости, я все еще замужем, и буду там оставаться пока суды не закончатся. Наивная, влюбленная дурочка.

В дверь тихонько постучали на третью ночь. Глянула в глазок — на площадке стоит Тимофей, у него в руках жирненькой колбаской висит Триггер. Оба невероятно красивые и печальные, у меня сердце в груди зачастило, того и гляди ребра изнутри сломает. Но дверь не открываю,пусть не думает, что по первому зову побегу.

— Я же слышу, как ты там пыхтишь, — сказал Тимофей. — Тут двери картонные.

Я обиделась, но дверь открыла, предварительно спустив сорочку с одного плеча, типа вот так оно и было изначально.

— Зачем пришел? — сурово спросила я.

— Я все спросить хотел, — начал Тимофей. — Зачем ты тогда в подъезде в трусах стояла?

Я покраснела. Не от стыда, от злости, разница есть.

— Ты реально это спросить пришёл? Дурак!

И попыталась дверь захлопнуть, но он успел ногу поставить, а у него сорок шестой размер, так просто не выпихнуть. Так и сражаемся, у меня и вторая бретелька сорочки сползла, сделав происходящее совершенно неприличным. Тимофей же прижался к этой щели, заглянул в не голубым глазом так близко близко ко мне, и я понимаю, его силы хватит, чтобы меня вместе с дверью отбросить, а он просто закрыть не даёт.

— Брось дуться, — просит он и я чувствую его дыхание на голом своём плече. — Пошли домой. Я соскучился.

Но я гордая — я не пошла. Я просто собрала вещи, и дождалась, когда он снова вернется. Главное — не проиграть первый бой.

Женсовет заседал в практически полном составе — отсутствовала только Татьяна, разумеется, в полном составе. До этого они собирались так официально полгода назад, по причине того, что младшая влюбилась и сбежала.

Зачем сбежала — непонятно, словно в нашей семье был запрет на влюблённость. Но она была уверена, что мы ее не поймём, ее патлатого Игорька не примем. С чего такая радикальность, ей вроде двадцать четыре, а не шестнадцать.

Сейчас младшая заседала вместе со всеми и довольно поглаживала свой очень круглый живот — как раз полгода ему и было. И пузо мы приняли, и Игорька.

— Папе нужен внук, — торжественно сказала мама. — Продолжатель рода и фамилии.

— Ну да, — скептически протянула Ленка, вторая по старшинству. — Морозовых на Руси раз-два и обчелся.

— Цыц, — оборвала мама. — Ты в этом году что сделала?

— Что?

— Родила вторую девчонку!

На самом деле мама кривила душой — во всех своих внучках и она, и папа души не чаяли, в попу дули и пылинки сдували. Однако внука требовали.

— Каменный век, — закатила глаза Катя, старшая. — Домострой.

— Молчала бы, — рассердилась мама. — Девочкам скоро девять лет стукнет, а ты…

— А я восемь лет посмела не рожать, — продолжила за маму Катя. — Матка простаивает, а столько продолжателей рода могла бы произвести.

Камилла — самая младшая, громко, с хрустом откусила от яблока и все сразу посмотрели на нее.

— А я чего? — возмутилась она. — Я вообще первый раз рожаю, какие ко мне претензии?

И плечами пожала, дескать все меня устраивает. На прошлой неделе у нее было модное нынче гендер пати, на котором нас всех засыпало розовыми блестками, мы с Таней целый час потом отмывали друг друга. Не без приятности, конечно, но это другая история.