Книга Развод. Временное перемирие, страница 22 – Лия Латте

Он не говорил прямо, он бросал наживку. Заставлял мой мозг, привыкший к аналитике, работать в нужном направлении.

— Что за слухи? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— О, самые разные, — он мягко улыбнулся, и в уголках его глаз собрались тонкие морщинки. — Выглядите уставшей, Екатерина Алексеевна. Несмотря на всю вашу… решимость. Может, кофе?

— Давайте, — слово сорвалось с моих губ прежде, чем я успела его обдумать.

Я сама опешила от своего ответа. Согласиться. Вот так просто. На кофе. С едва знакомым мужчиной в разгар войны за собственную жизнь. Это было безрассудно. И в этом безрассудстве была своя, пьянящая свобода. Маленький бунт против клетки, в которую меня посадили.

Дмитрий, кажется, тоже был удивлен моей быстрой капитуляции, но тут же скрыл это за довольной улыбкой.

— Отлично. Тогда через пятнадцать минут встречаемся внизу?

Пятнадцать минут.

Я сидела в кресле, смотрела на закрытую дверь кабинета и пыталась унять дрожь в руках, которая никак не проходила.

Мой ультиматум Маркову был чистым адреналином, прыжком со скалы без парашюта, и я все еще не понимала, приземлилась ли я на что-то твердое или продолжаю падать.

А приглашение Дмитрия Царёва… было шагом в неизвестность. В густой, непроглядный туман, где за каждым деревом мог прятаться либо выход, либо хищник.

Возможно, это была ловушка. Идеально разыгранный спектакль, где Царёв — главная марионетка в руках Кирилла.

Тихий аналитик, которого мой муж никогда не воспринимал всерьез, мог оказаться его самым коварным оружием. Идеальным шпионом, который войдет в доверие, предложит помощь, а потом, в самый критический момент, ударит в спину.

Это был бы стиль Кирилла — бить не в лоб, а исподтишка, чужими руками.

Эта мысль была логичной. Правильной. Она кричала об осторожности, заставляя сжаться в комок. Но я оттолкнула ее.

Потому что альтернатива была еще хуже — сидеть в этом кабинете одной, в полной изоляции, и ждать, пока меня сожрут заживо, разорвут на части его верные псы.

Стратегия обороны провалилась. Значит, нужно было переходить в наступление, даже если для этого придется заключить сделку с дьяволом.

Ровно через пятнадцать минут я встала. Ноги были ватными, но я заставила их двигаться.

Взяв сумочку, я вышла из кабинета. Я спустилась на лифте на первый этаж, чувствуя себя гладиатором, идущим на арену.

Сердце стучало в ребра так, словно хотело вырваться на свободу.

Он уже ждал меня в холле у ресепшена. Небрежно прислонившись к мраморной колонне, он выглядел здесь чужеродным элементом.

Слишком спокойный, слишком расслабленный для этого муравейника вечно спешащих людей в дорогих костюмах. Он не смотрел по сторонам, не проверял телефон, а просто наблюдал за игрой света на полированном полу.

Увидев меня, он не улыбнулся, лишь слегка кивнул и, оттолкнувшись от колонны, пошел к выходу.

Я — за ним, на расстоянии нескольких шагов, чувствуя на себе любопытные, недоуменные взгляды охранников и проходящих мимо сотрудников.

Жена босса. И тихий аналитик. Посреди рабочего дня. Уходят вместе.

Я знала, что через десять минут об этом будет гудеть весь офис.

Пусть. Пустьгудят.

Мы вышли из здания молча. Осенний ветер тут же вцепился в волосы, заставив поежиться. Я впервые за эти дни покинула офис посреди рабочего дня, и мир за его стеклянными стенами показался оглушительно громким и ярким.