Книга Развод. Горький яд моей мести, страница 37 – Милана Усманова

На пятые сутки, когда я уже начала терять надежду, на защищенный мессенджер пришло первое сообщение от абонента «Merlin».

«Они работали аккуратно. Но не идеально. Логи доступа к твоей папке за последние полгода действительно стерты из основной системы. Но они забыли про резервные копии самого сервера. Нашел автоматические бэкапы за прошлый год. Протокол синхронизации папки E.Sokolskaya_Projects был создан три года назад. Ежедневное обновление в 23:00 по московскому времени. Это неопровержимо доказывает, что архив – твой и существует давно. Дилетантка».

Последнее слово, очевидно, относилось к Ольге. Я почувствовала первую за эти дни вспышку надежды.

Через два дня пришло второе сообщение.

«Основной почтовый сервер за нужный период действительно мертв. Но у них был корпоративный мессенджер с функцией видеозвонков. Собственная разработка, довольно примитивная. Он тоже ведет логи и архивирует переписку, но в отдельной базе данных. Эту базу они не тронули, видимо, просто забыли о ее существовании. Нашел чат между M.Zakharov и O.Krylova от 15 апреля прошлого года. Отправляю файл».

Я открыла присланный документ. Это был текстовый лог их переписки, и то, что я прочитала, превзошло мои самые смелые ожидания.

O.Krylova:Он возвращается из командировки завтра. Вопрос с Е.В. нужно решать. Она начинает задавать слишком много вопросов по сметам. M.Zakharov:Я знаю. Я устал от этого. Её дотошность становится проблемой. O.Krylova:Проблема не в дотошности. Проблема в том, что она совладелец. Любой ее официальный запрос вскроет все. Нам нужно радикальное решение. M.Zakharov:Что ты предлагаешь? O.Krylova:Я готовлю документы. Юридически безупречные. Но мне нужна будет твоя помощь. Чтобы она их подписала. M.Zakharov:Она не подпишет. O.Krylova:Подпишет. Она всё ещё любит тебя и доверяет. Если будет расстроена, обижена, не будет вникать в детали. Я всё подготовлю. Тебе нужно будет просто подвести её в ловушку.

У меня потемнело в глазах. Это было прямое, неопровержимое доказательство сговора. Они обсуждали меня как проблему, как препятствие, которое нужно устранить. Планировали подставу хладнокровно и методично.

Я немедленно переслала файл Закревскому. Его звонок раздался почти сразу.

– Всё, Елена Викторовна, – в голосе юриста звучало удовлетворение, – у нас есть всё, что нужно. Показания Павла, документы от Тарасова, доказательства законности вашего архива, а теперь и прямые доказательства умысла. Пора заканчивать эту войну. Завтра утром мы идём к следователю Белову. И я рассчитываю на полную победу.

Утро выдалось морозным и солнечным. Воздух был прозрачным и колким. Идеальный день для того, чтобы вершить правосудие. Мы встретились с Закревским у здания Следственного комитета на Петровке. Массивное советское здание с колоннами и гербом России над входом внушало уважение и страх одновременно. Лев Борисович был в другом костюме, который все равно выглядел слегка помятым, но в его глазах была стальная решимость. В его потертом кожаном портфеле лежали распечатки всех наших доказательств, систематизированные и пронумерованные.

– Готовы? – спросил он, поправляя галстук. Я кивнула.

Я была готова.

Вся моя ярость, вся моя боль за эти месяцы превратилась в холодную, спрессованную жажду мести.