Книга Измена в 45. Моя горькая сладость, страница 15 – Милана Усманова

К утру я уже собрала сумку с самым необходимым. Одежда, документы, фотографии Максима, несколько памятных вещей. Я не знала, смогу ли вернуться в эту квартиру. Что, если Александр сменит замки? Заявит, что я не имею права здесь жить? Я должна быть готова ко всему.

Телефон снова зазвонил. На этот раз номер был незнакомым, но я решила ответить.

— Вера Алексеевна? — женский голос, чёткий, деловой. — Это банк «Премьер». По указанию вашего супруга мы заблокировали вашу кредитную карту. Для разблокировки вам необходимо...

Я не дослушала. Это был уже третий банк с подобным звонком за утро. Александр методично обрезал все мои финансовые возможности. Он хотел загнать меня в угол, сделать зависимой, беспомощной.

Не выйдет.

Я позвонила адвокату Елене Викторовне и кратко объяснила ситуацию.

— Ожидаемый шаг, — сказала она без удивления. — Они всегда так делают. Хорошо, что вы успели спасти свой основной счёт. Приезжайте ко мне сегодня, обсудим дальнейшие действия.

Я положила трубку и ещё раз осмотрела квартиру. Здесь было всё, что я считала своей жизнью: красивая мебель, картины, книги. Все эти вещи, которые я так тщательно выбирала, чтобы создать идеальный дом. Дом, который теперь стал похож на мраморный холодный, пустой склеп, пожирающий эхом каждый звук.

Рука потянулась к фотографии, стоящей на полке — мы с Сашейи маленьким Максимом на море. Все улыбаемся, счастливые. Я уже хотела положить её в сумку, но остановилась. Зачем? Это воспоминание о том, чего уже нет. О семье, которая оказалась иллюзией.

Я оставила фотографию на месте, застегнула сумку и вышла, тихо закрыв за собой дверь. На столике в прихожей оставила свой ключ: символический жест, зеркальное отражение того, что сделал Александр.

Я не собиралась возвращаться. По крайней мере, не как жертва, просящая милостыню. Если я вернусь, то только на своих условиях, с высоко поднятой головой.

А пока у меня был только один путь, и лежал он в отцовское кафе на окраине города.

Автобус до пригорода был полупустым. В нём ехали в основном пожилые люди с тряпичными тележками на колёсиках, видимо, на дачи, да пара студентов с рюкзаками. Я сидела у окна, прижимая к себе сумку с вещами, и смотрела на проплывающий мимо город. Город, в котором я прожила всю жизнь, но который вдруг стал чужим.

Маршрут становился всё более знакомым. Вот здесь, в детстве, была старая библиотека, куда меня водил отец. Теперь на её месте торговый центр. А там дальше парк, в нём мы гуляли по воскресеньям. Он почти не изменился, только деревья стали выше.

Чем ближе подъезжали к кафе, тем сильнее я волновалась. Что я собираюсь там делать? Жить в заброшенном здании без элементарных удобств? Без электричества, возможно без воды? Но выбора не было, либо туда, либо в гостиницу, но деньги на неё быстро закончатся.

Я вышла на нужной остановке и пошла по знакомой дороге. Кафе стояло в стороне от основной улицы, окружённое старыми липами. Когда-то здесь была оживлённая трасса, но потом построили объездную дорогу, и район опустел. Наверное, это и стало началом конца для отцовского бизнеса, который так и не вошёл в полную силу, после приобретения им здания мечты.

Подойдя ближе, я внимательнее осмотрелась. Одноэтажное, кирпичное, с большими окнами, сейчас заколоченными фанерой. Крыша местами протекла, о чём свидетельствовали тёмные пятна на потолке внутри. Но стены были крепкими, фундамент надёжным.