Книга Девочка для Хана, страница 4 – Валерия Ангелос, Рина Каримова

Глядя в его горящие бешеным огнем глаза, все четче понимаю: вариантов у этого жуткого типа хоть отбавляй.

— Тут явно ошибка, — бормочу и закашливаюсь от волнения. — Костик не мог так поступить. Мой брат бы никогда…

— Давай, — выдает Хан. — Сама почитай.

Он достает пачку сигарет. Вытягивает одну, подкуривает. Откидывается назад. Затягивается, выпускает дым в потолок, запрокинув голову.

Огромный. Даже шея у него какая-то не такая, как у нормальных людей. Большая, жилистая. Расчерченная вздувшимися венами.

Он весь такой. Здоровенный. Жуткий.

Помедлив, хватаю конверт со стола. Отхожу назад. На безопасное расстояние. Хотя вряд ли наедине с этим типом может быть безопасно.

Открываю письмо. Пробегаю взглядом по строчкам. Текст расплывается перед глазами. Нервно моргаю. Напрасно стараюсь проглотить ком в горле.

Костя…

Как же так?

Чем дальше читаю, тем сильнее подкатывает тошнота.

Костик и правда многое расписал. Что он берет деньги, а взамен оставляет меня. В свободное пользование. Все на усмотрение Хана.

Я послушная. Сговорчивая. И быстро схватываю.

Вот, что Костик пишет дальше.

Звучит как реклама домашнего питомца. Остается лишь добавить, что мебель не царапаю и приучена к лотку.

— Изучила? — хриплый голос как током бьет.

— А?

— Документ.

Смотрю, как Хан сигарету в кулаке давит, и дыхание перехватывает. Воздух глотнуть не могу.

С ужасом наблюдаю за тем, как он кулаки разминает. Невольно замечаю, как сильно у него костяшки пальцев сбиты. До красноты. Распухшие.

Его руки даже руками назвать нельзя. Звериные лапищи. Раздутые мышцы, обвитые канатами набрякших вен. Массивные кисти.

— День у меня тяжелый выдался, — говорит Хан. — Не до траха было. Так что ты сейчас в самый раз.

— Нет, — выпаливаю.

— Нет? — оскаливается.

— Документ, — трясу бумажкой. — Изучить надо. Хорошо изучить. Ну знаете… ознакомиться со всеми условиями.

— Так это запросто.

Он резко поднимается. И кажется, теперь заполняет собою всю комнату. Будтогромадная скала передо мной вырастает.

Отшатываюсь.

— Я тебя сейчас лично… ознакомлю, — обещает мрачно.

— Нет, я сама. И время нужно. Тут кстати, никаких временных сроков не указано. Непонятно, когда все начинается.

Он все ближе и ближе.

Его тень накрывает меня, заставляя сжаться в комок.

— Я против! — выпаливаю. — Я никакого согласия не давала.

Хан останавливается прямо передо мной. Вплотную. Взгляд у него такой, что прямо к месту прибивает.

А голос… его голос еще хуже.

И слова совсем ужасные.

— Твой язык такой же ловкий, когда хер в глотку вбивается?

Застываю, опешив от его слов.

Смотрю на него, не моргая.

— Чего глаза вытаращила? — хмыкает это чудище, а после еще и ухмыляется: — Синеглазка. Интересно, что с твоими глазами будет, когда трахать начну. По-настоящему.

Нет, нет.

Не надо.

Не интересно.

Думаю, так ему сразу сказать, но не решаюсь. От шока у меня язык буквально примерзает к нёбу.

Дрожь охватывает тело. Леденею изнутри.

— Везучая ты, — продолжает верзила, продолжая пристально изучать меня горящими глазами. — Под мой добрый настрой попала.

Что?..

Вот это вот.

Добрый настрой?

А злой это тогда какой?

Лучше не знать.

— Иначе бы с порога долг отдавать начала, — припечатывает.

И вдруг обходит меня вокруг. Будто зверь территорию очерчивает. Делает круг, осматривая жертву, присматривается, с чего бы начать. Куда впиться.