Книга Девочка для Хана, страница 21 – Валерия Ангелос, Рина Каримова

Бывало стреляли в меня. С ножом бросались. С топором — было. Как-то раз даже с арбалетом. Да и гранаты случались. Пулеметы. Как только не пытались грохнуть.

Был уверен, уже ничем не удивить.

Но змеиный яд — это мощно.

— Милок, ты зачем мазь убираешь? — удивляется бабка. — Без нее же долго заживать будет. Так сильно печет? Терпеть не можешь?

— Не печет, — отрезаю. — Могу, но…

— С виду такой крепкий, — вздыхает бабка, рукой на меня махает. — А на деле… Если ты даже мазь не выносишь, то как нам крышу делать будешь. А огород? Там столько работы. Богатырская сила нужна.

— Да нормально со мной все, — рявкаю.

Лишь бы над ухом не зудела.

— Будет вам и крыша, и огород, — добавляю.

Сам не соображаю, что несу.

На злобе это все вылетает. Только бы бабку поскорее заткнуть.

Но та никак не угомонится.

— А как же нога? — выдает и охает, глядя на мою рану.

Тоже туда смотрю.

Ну да, выглядит так себе.

— Бинт дай, — говорю.

Девку взглядом буравлю.

Она мне аптечку подает.

То, что надо выхватываю. Но прежде чем бинтом обмотать, прикидываю, нет ли там какой-то неведомой херни. После змей от этой семейки всего можно ждать.

Ладно, бинт вроде без хуйни.

Перевязку делаю. Не впервые.

— Ловко ты, милок, — заключает бабка. — В медпункте нашем работал?

— Где я только не работал, бабуля.

Скалюсь. На девку смотрю. Она уже поднялась, отошла от меня.

Видно, прикидывает, как отвязаться. Чем бы еще меня...

Но бабка шустрее справляется.

— С чего начнёшь? — спрашивает.

— А?

— Крышу или огород?

Поднимаюсь.

Нога, зараза, ноет. Саднит, пиздец.

И Васенька — зараза. Уже пятится от меня. Чую, стоит шагнуть — даст стрекача.

— Милок, ну чего? — не унимается ее бабка. — Так-то работы немного. Ну для тебя. Вижу, и нога твоя получше уже. Крепко держишься. А по работе…раньше начнёшь — раньше закончишь.

Это да.

— Но куда нам торопиться? — говорю и на свою добычу смотрю. — Да, Васенька?

Она как чихнет.

— Будь здорова, Вася, — тут же бросает бабка. — А я тебе говорила, нечего в холодной речке купаться. Тебе бы в баньку сейчас. Попариться. Да кто ж нам дрова наколет, чтобы растопить.

— Вот с дров и начнём, — выдаю.

Растоплю баню.

Попарю тебя, сучка такая. От души. Как давно напрашиваешься.

— Раз уж на баньку дрова колоть будешь, то давай сразу и для той печки, которая в доме, — заявляет бабка. — Зиму нынче обещают холодную. Тут лучше бы заранее подготовиться.

— Ладно, — говорю.

— Дров немного, а ты крепкий, милок, за час управишься, а то и быстрее, — продолжает она. — Это Васеньке долго, а тебе…

— Васенька дрова колет?

Охреневаю.

Ну тяжело представить эту мелкую сучку с топором. За такой работой. Такая тощая. Едва до плеча мне достает. Малая совсем.

Куда ей дрова?

— Конечно, — вздыхает бабка. — А как иначе? Внучок-то мой, Костик, загулял где-то. Редко показывается. А я сама не справляюсь. То поясницу прихватит, то колени.

Кряхтит. Останавливается на месте и что-то совсем не торопится дальше пройти.

— Ну где там ваши дрова? — спрашиваю. — Показывайте.

— Так вот же, милок, — рукой взмахивает. — Пришли.

Смотрю, куда она показывает, и даже не сразу догоняю, что к чему.

— Маленько дров, — дальше стрекочет бабка. — Докупить бы еще надо. Но это уже потом. А здесь тебе на разок…

Да, блядь. На разок. На охуенно большой разок, разве что.

Дров дохера. До утра колоть можно. И не факт, что до завтрашнего.