Онлайн книга «Лед и сердце вдребезги»
|
Зачем ты меня поцеловал?! Если Алла чему-то и научилась в отношениях с Оленевым, так это тому, что рассчитывать можно только на себя. Бессмысленно полагать, что человек сделает то-то и то-то только потому, что тебе кажется это разумным и правильным. Только потому, что вы об этом договаривались. Нет, быть в чем-то уверенной, с гарантией, можно только в отношении себя. Да и то… Вот Алла конкретно сейчас делала то, чего от себя вообще не ожидала. Никак не могла ожидать. Да, Саша ее поцеловал. Но это его поступок, его выбор. Мало ли — почему он так сделал. Это чужая голова, чужие мысли, и ты их никогда не отгадаешь. За себя отвечай. Вот что ты сейчас делаешь, что?! Ты сейчас стоишь на крыльце гостиницы и собираешься вызвать такси, чтобы ехать к нему. А потом ты вдруг спохватываешься — нет, так нельзя! И совсем не потому, что у него есть девушка! А потому что маловероятно, что в спортивном лагере найдется место, подходящее для того, чтобы… Чтобы что?! С Аллой происходило что-то, чего с ней никогда не было раньше. Больше всего это было похоже на… на зависимость. Или на потребность. Что-то такое, чему трудно дать название. Желание, чтобы конкретный человек был рядом. Желание настолько сильное, что с ним невозможно совладать. Оно сильнее тебя. Чтобы Саша оказался рядом. Или ей оказаться рядом с ним. Алла не думала ни о чем дальше этого «рядом». Ей просто было надо, необходимо коснуться его. Словно за это время — когда они готовили, а потом прокатывали свой номер — она стала зависимой от его прикосновений. Они были необходимым рабочим инструментом. А теперь исчезли. И как она будет без этих прикосновений?! Без этих сильных рук, широких плеч, крепкой груди? Без этого, только сейчас ей вдруг открывшегося чувства надежности?! Как?! Можно, хотя бы раз, еще один только раз? Просто чтобы убедиться, что так бывает. Что Саша — настоящий. Только как это все объяснить? Как это все изложить словами на экране смартфона? Алла себе-то не могла это все объяснить, а уж как это рассказать другому человеку, с которым они знакомы всего несколько дней? Какими словами ему написать, что он должен среди ночи сорваться, чтобы приехать к ней? Хотя она готова была и сама к нему приехать, но все равно надо же объяснить — зачем? А это невозможно. Но она пыталась. Подбирала слова, стирала, снова писала, снова не то, снова удаляла. А потом вдруг поняла, что это все бессмысленно. Такое невозможно объяснить с помощью букв на экране. И даже если позвонить — тоже не получится. Да какое — позвонить?! Почти двенадцать, Саша давно спит. У него завтра с утра тренировка, у него дети, работа. А у нее — блажь. Все, удаляй все к чертовой матери, убирай телефон в карман и иди к себе в номер. Рассчитывать можно только на себя. Всегда. Точка. Никаких исключений. Иди, я сказала. Разрешаю завернуть в бар и выпить бокал красного сухого. Один. Тебе хватит. Когда ей на плечи легли большие горячие ладони, Алла не вздрогнула. Не издала ни одного звука. У нее просто резко ослабели колени. Но ее уже держали крепко. А потом развернули — и поцеловали. * * * Они снова целовались на виду у других людей. В этот раз не многотысячный стадион, а всего лишь несколько человек на крыльце гостиницы. Ну, так и поцелуй другой. Не короткое сухое соприкосновение губ. А совсем иное. |