Книга На берегу, страница 7 – Лора Павлов

Она повернулась медленно — будто почувствовала мой взгляд.

Когда наши глаза встретились, я уронил сэндвич.

Я видел эту женщину раньше.

Да вы издеваетесь.

Это была та самая женщина, которая несколько недель назад последовала за мной в туалет, когда я пытался поговорить с матерью.

Важный, мать его, разговор.

Просто хотел одну-единственную минуту тишины. Не так уж много я просил, правда? Но эти люди напрочь лишены понятия о личном пространстве. Или хотя бы элементарной порядочности.

Её челюсть отвисла, она уставилась на меня с такой ненавистью, будто я обидел её лично. Но я не дал ей и рта раскрыть — уже поднялся и направился к ней.

— Мне нужно оформлять на тебя запретительный ордер? Тычто, и сюда за мной приползла? — прошипел я, нависая сверху. Ростом я был сантиметров на тридцать выше, и грех было этим не воспользоваться.

Она тут же бросилась ко мне, кипя от злости:

— Ты высокомерный, самодовольный, нарциссичный…

— Будет у твоей тирады финал? — Я скрестил руки на груди.

У неё на голове был завязан какой-то розовый платок, торчащий на макушке. Лицо загорелое, без макияжа, и чёрт побери — женщина выглядела безупречно.

Сногсшибательно.

Но опять же, вот она, снова лезет в моё пространство.

После того случая на пресс-конференции, когда она перешла черту, я велел вывести её, и с тех пор она держалась подальше. Я думал, она уловила намёк.

— На минуточку, к твоему сведению: я здесь живу, — произнесла она, размахивая руками.

— Да ну? Такая у тебя теперь легенда?

Она просто смотрела на меня и начала пятиться назад, будто видеть меня ей противно.

Чувство взаимное, дорогуша.

Пускай она чертовски красива, но для меня она — такой же кровопийца, как и все репортёры, готовые нажиться на мне.

— Каково это — жить в мире, где кроме себя любимого ты никого не видишь? — спросила она, приподняв бровь и держа в одной руке стакан с какой-то розовой жижей.

— Ты серьёзно сейчас пытаешься взять у меня интервью? Обещаю, если хоть кто-то узнает, что я здесь, я оформлю на тебя запретительный ордер так быстро, что у тебя, красотка, голова кругом пойдёт.

Надо было, конечно, делать ей комплимент, пока угрожаешь?

— Ты правда думаешь, что я здесь ради работы? Что я здесь ради тебя? — покачала она головой.

На коленях её джинсового комбинезона красовались пятна от травы, а на носу — пара крошек земли. Что, всё это часть плана? Сделать вид, что она на отдыхе?

— Хорошая попытка, детка. Кровопийца остаётся кровопийцей. Садись в свою тачку и дуй обратно.

Что-то промелькнуло у неё на лице, и на мгновение показалось, что глаза у неё заблестели. Но она быстро собралась, сузила взгляд. Девчонка за стойкой, та самая, что пару минут назад хихикала, готовя мне сэндвич и напиток, теперь явно следила за нами. И, если я не ошибаюсь, смотрела она на меня так, будто готова кинуть нож.

Что за заведение, где мужчину сначала преследуют, а потом ещё и позорно осуждают за это?

— Ты настолько не в себе, что даже не понимаешь, насколькоперегибаешь. Надеюсь, карма тебе как следует врежет. И чтобы ты знал, я никуда не собираюсь. Я здесь выросла, самодовольный ты придурок. Так что если не хочешь меня видеть — собирай манатки и вали отсюда сам. Потому что в Коттонвуд-Коув семья Рейнольдсов куда большего стоит, чем ты, звёздочка, — она ухмыльнулась и резко развернулась, длинные каштановые волосы упали ей на спину.