Книга Без ума от любви, страница 24 – Лора Павлов

Никогда не признавали моих собственных мечтаний.

— Это не воздушный замок, — сказала я, выпрямляя спину и встречая взгляд отца, прежде чем повернуться к матери. — У меня есть диплом по дизайну интерьеров. Я училась для этого, а не чтобы управлять цветочным магазином. Да, будет сложно все наладить, но у нас нет ни одной дизайн-студии в городе, а люди всегда ищут помощь в создании дома мечты. У меня есть бизнес-план. Визитки. Сайт запущен.

Глаза матери расширились — она явно была поражена моими словами.

— Ничего себе. Ты правда все продумала.

— Да. Давно.

Отец кивнул.

— Ну, посмотрим, как все пойдет.

— При условии, что цветочный магазин остается твоим приоритетом. Это семейный бизнес, который мы позволяем тебе вести, Эмилия. С этим связана ответственность, — мать покатала помидор черри по тарелке, прежде чем наконец проткнуть его вилкой.

— «Позволяете» мне вести семейный бизнес? — фыркнула я. — Я люблю вас, правда, но это уже слишком. Я не хотела брать Vintage Rose, но сделала это, потому что вы нуждались во мне. И я утроила доход магазина за последние пять лет. Так что давайте честно. Вы мне ничего не «позволяете» — я делаю вам одолжение. Вы до сих пор не передали мне ни доли.

Vintage Rose принадлежал родителям и бабушке. Они были владельцами. Я — сотрудница.

— И мы зависим от этих доходов, как и бабушка, — сказала мать.

— Ладно, мы зашли слишком далеко, — выдохнул отец. — Мы тебя услышали, милая. Будем стараться поддерживать. Может, ты могла бы обновить наш дом, и мы станем твоим первым клиентом?

Я бы лучше каждый день проводила в цветочном магазине, чембрала от родителей работу из жалости.

— Все в порядке, пап. Я хочу найти клиентов сама, — сказала я. — Но если вы разрешите разместить рекламу в газете, я буду благодарна.

— Эта реклама недешевая, Эмилия, и сомневаюсь, что твой новый бизнес может себе это позволить, — сказала мама, откладывая вилку.

Отец выглядел так же удивленным, как и я.

— Да ладно, мы можем дать ей семейную скидку, — усмехнулся он.

— Она же хочет добиться всего сама. Органично, верно? — пожала плечами мама. — Значит, мы не должны делать ей поблажки. Делай как все, по правилам.

Я кивнула, крепко сжимая вилку. Она думала, что сможет меня сломать. Ошибалась.

— Мне и не нужно иначе.

Мы доели ужин в тишине, и отец, отчаянно пытаясь разрядить обстановку, заговорил о предстоящих выходных — Джейкоби с девушкой Шаной приезжали домой.

Я была благодарна за смену темы и хотела, чтобы вечер поскорее закончился. В прощальном объятии с матерью чувствовалась тяжесть, дистанция, которую я ощущала всю жизнь. Я столько лет пыталась наладить наши отношения — безрезультатно. Всегда ощущала исходящую от нее неприязнь, которую не могла объяснить. Она смеялась, говоря, что у матерей с дочерьми все сложно, но это было нечто большее.

Я действительно чувствовала, что мать меня не любит. Чувствовала так большую часть жизни, и отчаянно пыталась это изменить. Но к этому моменту поняла: одна я отношения не исправлю. Она тоже должна этого хотеть.

После неловкого объятия я помахала им и пошла домой.

На крыльце я вздрогнула: у дверей стояла огромная коробка. Я не заказывала мебель, а она была достаточно велика, чтобы вместить кресло или тумбочку.

Мне пришлось обойти ее сбоку, чтобы открыть дверь. На коробке была приклеена записка.