Книга Мой светлый луч, страница 46 – Лора Павлов

— Конечно, — ответила мама. — Она с радостью ответит на вопросы. Ее коллекцию недавно взяли в ассортимент Luxe, крупнейшего ритейлера в Париже.

Руки Шарлотты сжались в кулаки, я увидела, как на ее шее вздулись жилки.

— Это интервью не о моей кузине, — процедила она.

Рэй медленно повернулся к ней, губы сжаты в тонкую линию:

— Я очень ясно дал понять, миссис Уэллингтон, что сделаю этот репортаж о Хантере только при условии, что в нем будет участвовать ваш отец и вся семья.

— Во-первых, это миссис Соннет-Уэллингтон, — прошипела она. — И это не история про украшения и кружевные боди. Мой муж меняет мир.

— А мне лично нравятся кружевные боди, — вставил Рейф, и я засмеялась, откинув голову назад. Вот уж кто умеет разрядить обстановку.

— А вы кто? — спросил Рэй, протягивая ему руку.

— Рейф Чедвик. Тот счастливчик, который встречается с этой женщиной, — сказал Рейф, обняв меня. Мое сердце забилось быстрее. Нам нужно было быть осторожнее, ведь это могли упомянуть в эфире.

— Слышал,что у тебя кто-то появился, — Рэй наклонился ближе. — Рад за тебя, Лулу.

Я встречалась с Рэем на вечеринках и мероприятиях, которые устраивала мама.

— Ты не единственный, кто рад, Рэй, — с усмешкой сказал Рейф.

Рэй выглядел очарованным, а Шарлотта уже командовала всеми, готовя их к фотосессии.

— Почему бы тебе не пойти позавтракать? Я быстро сделаю семейное фото, а потом мы с тобой сможем ускользнуть на лодку, — сказала я Рейфу, предупреждающе глядя на него, чтобы он не давал Рэю повода к лишним вопросам.

— Ничего подобного, — вмешалась мама. — Мы все хотим, чтобы Рейф был на семейном фото.

— Что? — ахнула Шарлотта. — Они не женаты. Мы не допускаем посторонних на семейные портреты.

— Они еще не женаты, — сказал Франсуа, заходя в комнату с бокалом шампанского. — Я считаю, что он может быть на фото.

— Ты сам-то не участвуешь в съемке. Вообще не понимаю, зачем ты тут, — съязвила Шарлотта, и Хантер положил ей руку на плечо, пытаясь ее успокоить.

— Он здесь потому, что моя жена хотела, чтобы он был здесь. А этого достаточно, — сказал отец.

— Можем сделать фото с Рейфом и без него, а потом вы сами решите, какое повесить в библиотеке, — предложила Делайла. Она была всемирно известным фотографом и дочерью известного французского актера. Тетя Луиза настаивала, чтобы она снимала наши семейные фото последние десять лет.

— Я хочу, чтобы Рейф был на фото, — сказал дед, твердо глядя на всех. — Это мой день рождения, и последнее слово за мной. Давайте сделаем фото и интервью, чтобы потом спокойно насладиться днем, пока все не разъехались по домам.

— Это просто нелепо, — Шарлотта подошла ко мне и прошипела на ухо: — Ты всегда все портишь.

Почему мне вообще важно ее мнение?

Она — несчастный человек. Всю жизнь она ужасно относилась к людям. Сколько я ее помню, она изо всех сил старалась быть жестокой именно со мной.

Мы заняли свои места у охотничьего зеленого бархатного дивана в библиотеке. Это была любимая комната деда.

Шарлотта с Хантером сели в центр дивана, где обычно сидели внуки, а дяди, тети и дедушка с бабушкой выстроились сзади. Джаспер, Серена и Мередит расположились с одной стороны, а я села с другой, потянув за собой Рейфа, но Делайле не понравилась такая композиция.

— Я хочу, чтобы Лулу и Рейф сидели в центре. Такбудет гармоничнее. Шарлотта и Хантер, пожалуйста, пересядьте на край, — сказала фотограф.