Книга Меж двух королей, страница 298 – Линдси Штрауб

В конце концов, оставаться стало больнее, чем уйти.

— Есть ли кто-то, с кем ты хочешь поговорить перед отъездом? — спросила её Аделаида в тот вечер, когда она сказала, что хочет уйти.

— Да, — сказала Тэмми, прежде чем успела себя остановить. — Аполлон.

Аделаида кивнула.

— И Дэймон.

— Конечно. Кто-то еще?

Тэмми покачала головой. Она встретила множество василисков за время пребывания под горой. Но братья Каспена были единственными, с кем она хотела попрощаться.

— Но как именно мне… — Тэмми не была уверена, как это назвать. — …уйти? Я имею в виду, что будет теперь?

— Мы освободим тебя от королевских обязанностей. Технически ты уже неспособна их выполнять, так как больше не являешься частью василиска, но нам все равно нужно официально дать тебе отставку.

— О. — Тэмми кивнула. — Верно.

Её собирались отстранить. Это звучало так внезапно.

— Мы должны сделать это должным образом, Темперанс, — сказала Аделаида. — Это не оскорбление. Мы весьма привязаны к нашим традициям, как ты знаешь.

Тэмми снова кивнула. Она знала, что василиски любят свои ритуалы, церемонии и свои особые способы ведения дел. Она никогда не стояла на пути их традиций и уж точно не собиралась начинать сейчас.

Аделаида проводила ее во внутренний двор, где у фонтана стояли братья Драконы. Дэймон обнялее, когда она подошла к ним. Аполлон же, казалось, не мог пошевелиться.

Аделаида повернулась к Аполлону.

— У тебя первоочередное право. Желаешь ли ты им воспользоваться?

Его взгляд скользнул к глазам Тэмми. Они были так похожи на глаза его брата: бездонные золотые омуты.

— Нет, — сказал он. — Не желаю.

Аделаида положила руку ему на плечо.

— Ты должен произнести это как положено, чтобы все было официально, — мягко подсказала она. — Отказываешься ли ты от своего первоочередного права на Темперанс Верус?

Аполлон повернулся к Тэмми. Его глаза всмотрелись в глаза Тэмми, прежде чем медленно скользнуть вниз по ее телу, задержавшись на шраме между грудей. Аделаида предлагала исцелить его, но Тэмми предпочла сохранить напоминание о Каспене.

Аполлон произнес четко, чеканя каждое слово:

— Я отказываюсь от своего первоочередного права на Темперанс Верус.

Тэмми посмотрела на него снизу вверх — на его точеную челюсть, до боли похожую на челюсть Каспена, на глаза, наблюдавшие за ней с абсолютной уверенностью.

Нужно знать, когда отступить.

У братьев Драконов это было общим. Оба знали, когда признать поражение. Это было достойное восхищения качество, которым обладали немногие. Отступить означало уступить свою власть — означало признать, что ты не тот, кто нужен. Кто-то мог счесть это поражением. Но когда это делается по собственной воле, отступление — само по себе победа.

— Спасибо, — прошептала она.

Аполлон кивнул.

— Конечно.

Это стало бы идеальным реваншем для Аполлона — естественным завершением его долгой истории с Каспеном. Забрать Тэмми себе было бы логичным шагом для любого на его месте. Часть ее не могла поверить, что он не собирается этого делать. Он оставил ее одну в дни после смерти Каспена, словно не мог вынести вида ее. Тэмми тоже с трудом могла смотреть на него. Но в конце концов они снова нашли друг друга. Она не винила его в случившемся; выбор Каспена был его собственным. Именно Аполлон вытащил ее из тьмы, напомнил, что у нее впереди целая жизнь. Жизнь, которая конечна. В смертности была своя ценность — красота в том факте, что Тэмми больше не была вечной.