Книга Меж двух королей, страница 182 – Линдси Штрауб

— За что?

— За…

Было за что извиняться. Извинений требовали не только события сегодняшнего вечера — а всё, что случилось с тех пор, как Тэмми вышла замуж за Лео. Все пошло наперекосяк, и у нее заканчивались идеи, как это исправить.

— Прости, что Эвелин назвала тебя змеей. — это было меньшее, что она могла сказать.

Каспен вздернул подбородок.

— Это она змея.

Тэмми ничего не ответила на это. Эвелин была двуличной, коварной и жестокой. Она тихо двигаласьв темноте, а потом солгала, когда ее разоблачили. Он был прав: Эвелин была змеей.

Последовала долгая пауза, и Тэмми задумалась, не следует ли ей также извиниться за то, что она задержалась, чтобы поговорить с Лео. Прежде чем она смогла принять решение, Каспен сказал:

— Сенека прибудут сегодня вечером.

От страха у Тэмми скрутило живот.

— На турнир?

— Да. На озере будет праздник. Турнир начнется завтра.

Она кивнула. Пару дней. Вот сколько им еще оставалось без возможности касаться друг друга. Она сможет это пережить. Ведь так?

— Тэмми, — пробормотал Каспен. — О чем ты думаешь?

У нее на уме было только одно.

— Я скучаю по тебе, — прошептала она.

— Я здесь.

Но это было неправдой. Физически он был прямо перед ней. Но на самом деле он с таким же успехом мог находиться за тысячу миль от нее. Было пыткой не прикасаться к нему — пыткой видеть то, чего она не могла иметь. Это было точно такое же чувство, которое она испытывала каждый воскресный вечер, когда наблюдала за Лео и Эвелин.

— Ты нужен мне, Каспен.

Выражение его лица смягчилось. Он придвинулся ближе, прижавшись к ней всем телом.

— Я твой, Тэмми. Я всегда буду твоим.

Она пристально посмотрела в его золотистые глаза, пытаясь найти в них правду. Действительно ли он принадлежал ей? Переживут ли они турнир — позовет ли её сердце его сердце? Тэмми больше не знала, чего от себя ожидать. Все, что она знала, это то, что прямо здесь, прямо сейчас, она скучала по нему.

— Ложись, — тихо сказал Каспен. — Нам нужно отдохнуть.

Тэмми легла. Но вместо того, чтобы отдохнуть, они разговаривали — обо всем и ни о чем, о чем угодно, только не о своих нынешних обстоятельствах. Тэмми рассказала ему о своем детстве, о том, как школьники дразнили ее. Каспен рассказал ей о своей семье и о том, как трудно было расти с Бастианом в качестве отца. Это был первый раз, когда они разговаривали подобным образом. Их связь всегда была физической. Но было прекрасно общаться с ним и таким образом, на эмоциональном уровне. Тэмми задавалась вопросом, состоялся бы у них когда-нибудь такой разговор, если бы их брак не был оспорен, и они не могли бы прикоснуться друг к другу. Она находила удивительным, что то, что разделяло их, теперь притягивало их друг к другу.

Тэмми впитывала Каспена: его красивоетело, темные волосы, острый подбородок. Она запоминала каждый дюйм его тела, как будто видела его в последний раз. Каспен сделал то же самое, его взгляд задержался на каждой клеточке ее тела. Когда они, наконец, закончили разговор, Тэмми начала ласкать себя, а он наблюдал. Затем он тоже начал ласкать себя. Когда он кончил, то превратил свою сперму в коготь и положил ей на живот. По крайней мере, это он все еще мог ей дать. Тэмми наслаждалась его тяжестью. Затем она медленно вставила его, широко раздвинув ноги, чтобы он мог видеть, как он плавно входит в нее дюйм за дюймом. Каспен наблюдал за происходящим с совершенно черными глазами.