Книга Фиктивная жена для герцога-монстра, страница 11 – Элина Амори

Брант мягко отодвинул меня за спину, хрустнул костяшками левой руки, сдернул перчатку и бросил на каменную плиту прямо к ногам принца.

— Если говорить об оскорблении, ты из-под носа увел у меня невесту! — воскликнул Эльдрик.

— Тогда ответь на вызов. — Я почувствовала вдруг от Бранта внезапную опасность. Она исходила от него волнами. Какой-то суеверный ужас перед неизвестным.

Эльдрик отступил на шаг, его рыцари тут же выбежали вперед, с лязгом вынув мечи из ножен. Я нервно сглотнула, мне стало жарко, даже сам воздух казалось, накалился.

— Пусть император рассудит нас! — фыркнул Эльдрик и так зыркнул на меня, что я снова подумала — расторгнуть договор с Брантом будет худшим решением. Пусть все слухи о нем правдивы, сейчас опаснее возвращаться к прежнему жениху. Вот только, как нам выкрутиться перед императором? Вдруг он сможет расторгнуть наш договор? Эльдрик пожалуется императору. И если учесть, что Бранта император не считал за сына, то наши шансы почти нулевые…

Вот ведь вляпалась!

Император пригласил нас в зал для аудиенций — видимо, чтобы не устраивать публичный скандал посреди празднества. Правитель восседал на троне из темного дерева, инкрустированного золотом. Я почувствовала тяжесть его взгляда, едва зашла в зал. В книге император представал строгим и даже жестоким правителем, и я с тревогой пыталась угадать, что скрывается за этим непроницаемым выражением.

Рядом с ним стояли закованные в золоченые доспехи четверо рыцарей и четверо людей в длинных черно-золотых мантиях. В наконечниках их посохов сияли золотистые кристаллы.

А мы втроем стояли перед троном на почтительном расстоянии в три шага. Выглядел император хорошо, очевидно, следил за своим телом и здоровьем. Крепкая фигура, ухоженная борода, но морщинистое лицо землистого оттенка выдавало возраст.

— Таким образом, моя невеста стала женой другого в один вечер! Требую справедливости! — закончил свою пафосную речь Эльдрик.

Император смотрел строго. На меня в основном и на мою подпись в брачном договоре. Сыновья, казалось, волновали его куда меньше. Брант попытался что-то сказать, но правитель резким жестом остановил его.

— Чем объяснишь свой выбор, дитя? — спросил он меня тихо, но с таким давлением, что я едва не пошатнулась. Отчаянно вспоминая правила этикета, описанные в книге, я присела в реверансе. К счастью, тело само вспомнило нужные движения изящно и без суеты.

— Ваше Величество, — начала я, тщательно подбирая слова, но смотреть ему в лицо не могла, потому уставилась на расшитый золотом ворот, — сердцу ведь не прикажешь. Брак с Его Высочеством был решением моего дяди. Между нами нет и не было чувств.

— Что? — прошипел принц, потянулся ко мне, но не схватил, а сжал руку в кулак. — Эйлин, ты не в себе! Ты же без памяти меня любишь! За что ты обиделась? Скажи, мы все решим.

— Простите, но мне виднее, что я чувствую. — Я набралась храбрости и подняла взгляд на императора, надеясь выглядеть собранной, серьезной, убедительной. Ведь если я отступлюсь, даже такая странная жизнь ускользнет от меня. Не хочу прозябать в тюрьме, не хочу рыдать от боли и унижений на холодном каменном полу. Я не жила в реальности, так хотя бы тут… — Ваше Величество, я пыталась соответствовать ожиданиям, но поняла: не смогу, пока мое сердцепринадлежит другому. Сегодня, до объявления помолвки, у меня был последний шанс сделать выбор. И я его сделала.