Онлайн книга «Свежая кровь»
|
Аналитик хмыкнул неопределенно, помолчал и неожиданно повернулся к Насте: — Ты как, спать еще не расхотела? — Расхотела! — Настя решила, что сейчас самое время задать накопившиеся вопросы, и подалась вперед. — Знаешь, а мне кажется, сейчас самое время вздремнуть… — сладко протянул Кот-Ученый. — Не волнуйся, разбужу когда надо… Ехать еще долго… До-о-олго-о-о… До-о-о-олго-о-о-о… М-м-м-р-р-р-р…. Мягко сияющие кошачьи глаза были близко-близко, смотрели, казалось, прямо в душу… Настя почувствовала, что веки наливаются тяжестью… Она зевнула… и провалилась в сон. [1] «Сталинка» — обиходное название дома сталинского периода. [2] Шарашка — конструкторское бюро тюремного типа. При Сталине, как считается, шарашки были распространенным явлением. [3] МТС — машинно-тракторная станция. В колхозах и совхозах, а ныне в ОАО, ЗАО и ООО сельскохозяйственного назначения — предприятие, обслуживающее сельскохозяйственную и другую технику, приписанную к хозяйству. Глава 7 — …Так-таки и усыпил?! — спросил кто-то рядом знакомым голосом. «Это про меня?» — заворочалась сонная мысль. — Представь себе! В рамках презентации криогробов! Усыпил и в схрон отправил. Под Воркуту, в вечную мерзлоту! — узнала она Кота-Ученого. Собеседник Федора расхохотался. «А, нет, опять про Съезд… — медленно дошло до Насти. — Про Хватова…» Ситуация, которой Съезд закончился, ее и смешила, и почему-то заставляла чувствовать некоторую неловкость. Всем собравшимся продемонстрировали последние новинки отечественной высокотехнологичной промышленности — перспективные анабиозные установки для космонавтов под шутливым названием «криогроб». Иван Силантьевич совместно с представителем фирмы-разработчика «Сомно Инк» предложил гостям из Цитадели испытать их, и… По словам видного политика, проснуться западные «трепологи» должны были не раньше, чем через полвека. «Они же мечтали о прохладной темноте! Говорили, что Россия потому им и понравилась, — без тени смущения пояснил он присутствующим. — Вот, теперь пусть господа и дамы иностранные вампиры полежат, подумают, стоит ли оно того действительно…» — Здесь тоже пасмурно сегодня… Ну, это хорошо, ветра меньше… — пробормотал собеседник Кота-Ученого. «Дядь Толя, леший», — вспомнила Настя. — Мне не принципиально, я видишь, как утеплился? — промурлыкал эксперт в ответ. Настя наконец открыла глаза. Что за дела? Спала вроде совсем недолго, а ощущение, будто проснуться не может. Вон даже не сразу поняла, где находится… — Очнулась! — обернулся к ней леший, видимо, заметив в зеркало заднего вида, как она протирает глаза. — Ну, мы уже приехали почти. Всего-то минут десять понадобилось, чтобы ты поспала. — Это что, уже Лукоморье? — спросила Настя и вдруг вспомнила слишком близкие глаза Кота-Ученого, свои тяжелеющие веки и взорвалась: — Ты что, меня вырубил?! — Ну да, — проговорил аналитик, не оборачиваясь, и в голосе его не было ни малейшего раскаяния. — Нам что, по лесу до ночи мотаться, ожидая, пока ты поверишь? — Да как ты… Да как ты… — захлебнулась Настя гневом и вдруг прервала саму себя: — Во что это я должна поверить?! — А в Лукоморье, дочка, — начал было дядь Толя, но Кот-Ученый махнул лапкой: — Насть, в Лукоморье можно попасть отовсюду, я же сказал. — Оннаконец обернулся к ней, просунувшись между креслами. — Но только если ты в него веришь. Ехали мы что-то слишком долго, а о том, кто из нас не верил, — можно не спрашивать. Мы-то с дядь Толей не просто верим — весь наш жизненный опыт подтверждает, что Лукоморье существует. Пришлось тебя усыпить — и вуаля! |