Книга Девять поводов влюбиться, страница 88 – Сола Рэйн, Мария Манич, Юся Нова, и др.

– Ты поговорил с… – начала я.

– Она пока не может говорить, Рут сказала, что перезвонит. В любом случае, Стрэттон это был или не Стрэттон, он еще пожалеет… Я тебе говорил, что моя тетка знакома со всеми, кто хоть что-то представляет из себя в этой стране?

– Нет. – Не удержавшись, я провела пальцами по его губам. Он перехватил мою руку, но мешать не стал.

– Ну вот теперь ты знаешь, маленькая храбрая Джейн.

– Кларинда, – поправила я.

И все словно замедлилось.

Пальцы его свободной руки сжимают мое бедро, проскальзывают под трусики. Колени у меня подгибаются. Взгляд зеленых глаз гипнотизирует меня, а в следующее мгновение его горячие губы накрывают мои.

Я запускаю пальцы в его волосы и притягиваю к себе его голову. От поцелуя по телу словно разлетаются электрические искорки, и я забываю обо всем на свете. Наши языки переплетаются, а когда мы все-таки отрываемся друг от друга, чтобы глотнуть воздуха, Джерролд приподнимает меня, позволяя моим ногам обхватить его талию.

Он очень возбужден, и я это чувствую. Куда девалась окружавшая его стена отчуждения? Должно быть, туда же, куда и мой лифчик, который я скинула, и он помятой красной тряпочкой валяется на полу.

Джерролд целует мои соски, я хочу расстегнуть его молнию, но он справляется с этим сам, и мы сливаемся в таком страстном поцелуе, от которого все здешние зеркала должны были бы треснуть, если бы у них была хоть капля совести.

– Презер… – шепчу я, на мгновение вернувшись с небес на землю.

– Сейчас.

Джерролд сажает меня на край ванны, с грохотом выдвигается какой-то ящик, я помогаю своему любовнику раскатать презерватив по члену и окончательно избавиться от одежды, причем рубашка расстегиваться не хочет, и я сдергиваю ее с него так, что отлетают пуговицы. Это вызывает у нас обоих приступ смеха, который только усиливает предвкушение оргазма.

Я целую Джерролда и испускаю хриплый стон, когда он разводит мои ноги своими. Наши языки вновь сплетаются, волна желания захлестывает нас и увлекает за собой, Джерролд рывком входит в меня, глубже – еще глубже – и я задыхаюсь, дрожа от наслаждения. Кажется, я оцарапала его спину, вцепившись в нее ногтями. Я отвожу руку, и Джерролд на мгновение отрывается от моих губ.

– Нет, все хорошо, продолжай… – шепчет он.

Его глаза затуманены, и они уже не зеленые, а какого-то сине-зеленого оттенка, который мне безумно нравится. Джерролд ускоряется, испускает хриплый стон, кончает, я кончаю, в голове моей пляшут фейерверки, а колени подгибаются от наслаждения.

А потом мы услышали, как звонит телефон.

Джерролд вздохнул.

– Черт… Я только отвечу на звонок.

Он вышел. Губы у меня распухли, тело сладко ныло. Я заметила фен и высушила ту часть платья, с которой смывала пятно, потом натянула одежду на себя. Джерролд все не шел. Я вышла из ванной и двинулась к комнатам. Кажется, он до сих пор общался по телефону.

– Говорю тебе, я не знаю, откуда у нее оружие… Слушай, Рут, я не хочу, чтобы ты приехала и допрашивала ее. Со всем уважением, но ты не умеешь обращаться с людьми. Нет, я…

Он замолчал, слушая то, что ему говорила невидимая собеседница. Стараясь ступать как можно тише, я подобрала свою сумочку, прихватила туфли и двинулась к дверям.

А потом я сбежала. Не оглядываясь, потому что запретила себе оглядываться.