Книга Я за твоей спиной, страница 170 – Саммер Холланд

Дома хорошо, уютно: набор сувенирных ложек висит все на том же крючке, что и пять, и двадцать лет назад. Его любимое кресло стоит на месте. Мамина фотография на камине. Время почти не трогает этот дом, разве что добавляет морщин и седины.

Когда чай заканчивается, Пайпер смущенно ссылается на то, что нужно поработать – это только у Гэри отпуск. Он отводит ее в сад и, поцеловав, оставляет с благодарностью: она словно все чувствует.

– Хорошая девочка, – одобрительно резюмирует ба и доливает чаю в кружку. – У тебя же с ней серьезно?

– Да, – кивает Гэри, – серьезнее не бывает. Ба, я не просто из Нью-Йорка приехал. Я из Аргентины приехал.

– Ох… – Руки у нее начинают подрагивать. – Я хочу знать?

– Хочешь, но расскажу, наверное, с самого начала. В общем, я узнал, что когда отец сбежал, – он запинается и берет ее за руки, пытаясь унять дрожь, – то сел в самолет в Бирмингеме под именем Гэри Джеймса и улетел в Испанию.

Гэри рассказывает все: и про поиски, и про Марокко, и про помощь Пайпер. Ба не перебивает, только кивает и цокает языком. Ей тоже важно: она не простила ублюдка. И не простит никогда. И пусть эта женщина все силы бросила не на месть, а на воспитание Гэри, огонь в ее глазах горит такой же, как у него самого.

– Жаль, что сам, – вздыхает она, когда слышит конец истории, – пусть бы уже мучился до самой смерти.

– Он упрямый.

– Помню, – ба неуютно ведет плечами, – просила ведь Мисси не ходить за него замуж, он всегда казался мне сумасшедшим. Но что ты, куда мне – он ее такой любовью окружил, она и поверила, что все бывает, как в фильмах.

– Ты никогда не рассказывала, почему он ее… – говорить об этом до сих пор сложно.

– А почему он тебя бил? – спрашивает ба. – Там причина одна: ему все казалось, что у него неидеальная семья. И сын должен быть поумнее, и жена покорнее. А реальность оказалась другой.

Ба высвобождает руку и вытирает одинокую слезу, которая катится по морщинистой щеке.

– Вот ему судьба идеальную жизнь и устроила. В бегах, в жопе мира, с раком пищевода. Куда уж идеальнее. И все-таки я рада, что это не ты его убил. Ты и так со своей яростью плохо справляешься, а кровь на руках… Мало ли что бы с тобой стало.

– Я тоже рад, если честно, – качает головой Гэри, не веря самому себе. – Это все Пайпер.

Задумчиво шамкая губами, ба качает головой.

– Знаешь, что подумала, когда ты про нее рассказывал? Ты на деда своего похож даже больше, чем на отца. Он мне, знаешь, когда предложение сделал?

– Когда?

– Мы с ним на свидание в Стокпорт ездили, а на обратном пути сломались. Я ему мотоцикл помогала в гору тащить. Посмотрел он тогда на меня, в платье, с кудрями и в грязи по колено, и говорит: «А давай мы с тобой, Эвелин, поженимся». Так и прожили свои тридцать лет: я ему помогала, а он мне.

Гэри косится в сторону сада и кивает в ответ на ее слова, чувствуя, как улыбка сама ползет по лицу.

– И правда, – говорит он, – на деда я похож больше.

Малая

В комнате Гэри уютно: солнце проникает через огромные окна и заполняет светом все пространство, почти нигде не оставляя тени. Полки заставлены комиксами, книгами и дисками, и даже на стене до сих пор висит плакат с Пятым доктором – Пайпер как раз до него досмотрела, и теперь сразу узнает.

У них сегодня ленивое утро: время к двенадцати, а они еще не поднялись с кровати. Гэри с ностальгией перелистывает какой-то из комиксов про Восьмого и показывает ей любимые моменты.