Книга Осень. Латте. Любовь, страница 78 – Джек Тодд, Камрин Харди, Милослава Финдра, и др.

– Ты бы предпочла русского?

Мак не понимает. Он даже не догадывается, что ни в школе, ни в академии я не заводила парней не из-за наставлений отца. Может, намекнуть ему?

– Ты ничего не понимаешь в моей ситуации, Мак.

– То, что я ни разу не был маленькой девочкой, не значит…

Он умолкает от моего взгляда. Тревога Мака становится только сильнее, и я, набравшись смелости, шагаю ближе.

– Только ты можешь объяснить отцу, что мне нельзя замуж за итальянца.

– Вряд ли он пустит тебя за кого-то из наших, – качает головой Мак. – Не знал, что у тебя кто-то есть. Расскажешь?

Дурак.

Идиот.

Слепой тугодум.

Я люблю его с тех пор, как мне исполнилось пятнадцать. И любила всю свою жизнь, сколько себя помню, но именно по-настоящему – с пятнадцати. Мак все время делает вид, что не замечает этого, потому что не станет подводить отца… Или я так только думала.

Сейчас может оказаться, что он правда ничего не видит. И тогда мне проще убить его, чем объяснить, в чем именно дело.

– Не расскажу. – Я подхожу вплотную, так, что приходится задрать голову. – Но и не пойду замуж за парня Белломо.

– Их семья и твой отец обеспечат тебе безопасность.

– А что случилось с тобой? – Я тянусь к его волосам за желтым листиком. – Ты больше не хочешь этого делать?

Мак поднимает взгляд вслед за моей рукой, но всего на секунду.

Со стороны академии слышатся шаги: двое знакомых высоких фигур появляются на тропинке, ведущей к качелям. Мы с Маком синхронно поворачиваемся, чтобы понять, кто это.

У близнецов одинаковые кожаные куртки, джинсы и прически. Они широкоплечие и высокие, их почти невозможно отличить друг от друга.

– Черт, – ругается Мак себе под нос и хватает меня за талию.

Прижимая меня к себе, будто я чемодан с деньгами, он бежит вглубь парка, не разбирая дороги. Стаканчик, наполовину наполненный взбитыми сливками, падает в желтую траву, но разве он теперь важен? Я обнимаю Мака за шею, чтобы было удобнее… и обхватываю ногами. Не знаю, почему он решил бежать, но это его лучшая идея за сегодня.

Запах кофе. Настоящего, черного, как ночное небо над нашим загородным домом.

Запах металла. Хорошо смазанного, сияющего, твердого.

Запах пороха. Резкого, но при этом пьянящего.

Запах моей безопасности, которая гарантирована до тех пор, пока я в руках Мака.

Я люблю его настолько, что ни один парень не может сравниться с ним. Даже рядом не может встать, ведь единственный, кому в этом мире можно доверять, кроме отца, – Мак. Он врос в пьедестал, навсегда заняв там первое место, и его фигуру оплели самые красивые цветы.

Тропинка приводит в тупик, и мы сворачиваем прямо на газон: Мак несет меня в беседку. Я хорошо знаю это место: весной часто прячусь там от однокурсников и собственных мыслей.

Удивительно, как в нашем мире самые обычные вещи могут вдруг измениться до неузнаваемости. Я видела парковки у супермаркета после перестрелки. Маленькие семейные ресторанчики с выбитыми окнами и осыпавшимся на полквартала стеклом. Даже залитые совсем не водой поля для гольфа.

Принцесса мафии с новой брендовой сумочкой и бриллиантами в ушках, да-да. Такая «простая беззаботная жизнь».

Я умею стрелять, обращаться с ножами, даже драться. Отец говорит, что нельзя всегда полагаться на других, – в конце концов, я ирландка. Так что эти тонкие ручки на самом деле совсем не слабые.