Книга Колыбельная ведьм. Скриптум Первый, страница 142 – Влада Мишина

«Действительно красивые звуки», – думала я, прикрыв глаза.

– Гимны в честь Гекаты лучше, – возразил Персиваль.

«Это бесспорно. Жаль, что их поют только несколько раз в год. А здесь звучание не прекращается».

– Представь, как болит голова у священников, служащих в этом храме!

Я тихо рассмеялась, не открывая глаз.

– Молитва, вызывающая искренний смех, должна быть прекрасной, – глубокий мужской голос, уже знакомый мне, разбил очарование музыки.

Даже не разбил – поглотил, перетянув всё внимание на себя. Резко открыв глаза, я увидела священника, севшего на несколько рядов впереди меня. Он не обернулся, говоря со мной. Не показал лицо, которое я лишь мельком видела в тени исповедальни. Всё, что мне было видно, – это мужественная линия плеч и собранные в длинный аккуратный хвост светлые волосы.

Сомнений в том, что передо мной был тот самый слуга Ордена, который выслушивал мою исповедь, не было. Такой голос я не смогла бы забыть.

– Я снова прервал ваше общение с Ним? – с тихой усмешкой спросил священник.

«Что ему от меня нужно?..» Решив не испытывать судьбу во второй раз, я быстро сказала:

– Нет, я уже собиралась уходить.

– Подожди, ты же хотела узнать ответ на какой-то вопрос про этого Первозданного,– внезапно раздался в голове голос Персиваля. – Может быть, тот, кто ему служит, как раз и объяснит всё.

«Или выгонит прочь, если как-то узнает, что я ведьма».

– Ты сама сказала, что в храме за тобой никто не погонится с факелами. Да, обстановка накалена, но девочка Леана спокойно тут молилась.

«Тебе что, самому любопытно?» – с подозрением подумала я.

– Честно говоря, да,– признался фамильяр, впервые точно доказывая, что у нас был один мозг на двоих.

– Так вы не уходите? – напомнил о себе священник.

Я глубоко вздохнула, собираясь с силами.

– Нет, не ухожу. Я пришла сюда за ответами и пока не получила их.

– Быть может, я смогу помочь?

– Меня интересуют Его милосердие и прощение.

– Вы совершили какой-то грех? – спокойно поинтересовался священник.

«Если верить Ордену, то я совершила грех, родившись», – мысленно съязвила я, но вслух, разумеется, сказала иное:

– Нет. Это исследовательский интерес.

Мужчина чуть повернул голову. Я увидела жёсткий профиль с хищным носом. Он не мог называться красивым, но притягивал взгляд.

– Пожалуй, не буду читать вам проповедь о вере, что выше науки, – усмехнулся священник. – Милосердие и прощение – это ложь.

Я даже не сразу поверила в то, что услышала.

– Удивлены? – тихо рассмеялся он.

– Удивлена. Но не словам, а тому, что их произнёс священник.

Он вновь отвернулся к алтарю.

– Я не привык лгать о том, во что верю. А я верю в то, что есть деяния, за которые нужно гореть в Геенне, без шанса на прощение. Я верю в то, что человечество способно очистить мир от хаоса. Это долгий процесс, кропотливый, но возможный.

– Что вы подразумеваете под хаосом? – спросила я, стараясь не допускать в голос скептические и язвительные нотки.

– Многое: смертные грехи, ересь, излишнюю власть над тем, что не должно подчиняться человеку.

– Магия? – выпалила я.

– Осторожнее, ведьма,– резко осадил меня фамильяр, но вопрос было уже не вернуть.

– Да, магия, – кивнул священник. – Владеющие ей думают, что подобны Ему, а те, кто не владеет, начинают испытывать зависть. Так рождаются ненависть и хаос.