Книга Колыбельная ведьм. Скриптум Первый, страница 103 – Влада Мишина

– Ведающих подставляют специально? Пока что всё выглядит именно так, – в груди поднималась вполне обоснованная тревога.

– Вполне возможно, – кивнул Ворон. – Как вы узнали про Тессеру?

Лгать верховному ведьмаку почему-то было сложнее, чем Лукреции. Про дневник Тадди я не решилась сказать, да и менять версию лжи казалось уже неуместным.

– Я начинаю глубже изучать искусство прорицания, – сдавленно ответила я. – Во время медитации в святилище Триады мне явилось видение…

Не знаю, как Ворону удалось одной только позой показать ехидное недоверие, но именно эту эмоцию я увидела в его сложенных на груди руках.

– Вы же понимаете, что я могу использовать на вас заклятие правды, узнать всё, что мне нужно, а затем стереть воспоминания об этом? – ровным деловым тоном спросил мужчина.

– Это будет преступлением, – ответила я.

И хотя мой голос звучал уверенно, колени, скрытые широкими штанами, ощутимо подрагивали.

– Не будет. Ничего ведь не произойдёт. Вы ничего не вспомните, я ни о чём не скажу.

– Я говорю правду, – уже жёстче солгала я.

– Ну, конечно, – усмехнулся Ворон. – Леди Кроу, поймите меня правильно: Ковен и все ведающие, по крайней мере в Венеции, находятся в очень шатком положении. Если вам известно хоть что-то способное нам помочь, ваш долг ведьмы – сообщить мне об этом.

Я опустила взгляд на руки, сцепленные на коленях. Ворон приводил логичные доводы, и, на самом деле, скрывать от него какую-либо информацию было неправильно. С другой стороны, его настойчивость в отношении моего назначения профессором, проявившаяся ещё год назад, настораживала.

– Не думаешь же ты, что Тадеуша убил член Триумвирата?– спросил в мыслях Персиваль.

«Конечно, этот вариант проскальзывал в мои мысли, – призналась я. – Но на самом деле я так не думаю. Шифр в дневнике Тадди очевидно намекает на Орден. А разбрасываться талантливыми ведающими, тем более профессорами, явно не в интересах Ворона. И будем честны: он мог найти куда более действенный и простой способ заставить меня стать профессором – тот же шантаж или жёсткий приказ, подкреплённый согласием всего Триумвирата».

– Ну, тогда я не понимаю, почему бы тебе просто не рассказать ему о дневнике. Он же верховный ведьмак! Он может помочь.

«Да, ты прав, ты снова прав».

Ворон задумчиво смотрел на тёмные воды канала, продолжая контролировать магией движение гондолы и ожидая моего ответа. Я же решилась на правду.

– Верховный ведьмак… Боюсь, что я действительно солгала.

– Я догадался, – беспечно сказал он, лишая меня всякого желания продолжать.

Но взять слова обратно было поздно.

– Дело в том, что сегодня утром я прочла дневник Тадеуша, в котором он описывал ритуал, из-за которого якобы погиб.

– Якобы? – Ворон сменил позу, и теперь она демонстрировала интерес.

– В дневнике оказался шифр, который мы с ним придумали в детстве. Кроме нас двоих, никто не знал нужного ключа и заклинания… – Пересказав всё, что успела узнать из дневника, в том числе про Тессеру, я добавила: – Всё это наводит на мысли о насильственной смерти.

– Где сейчас дневник? – ровно спросил Ворон.

– Он самоуничтожился. Думаю, многое из сокрытого я не успела прочесть. Опережая ваш вопрос, скажу, что не осталось даже пепла.

Я замолчала, ожидая реакции ведьмака, но довольно долгое время он тоже молчал. Тёмное пятно острова вдалеке уже приближалось.