Книга Поддайся искушению, страница 99 – Виктория Блэк, Елена Сокол, Влада Мишина, и др.

Моя сумка была перепачкана чужой кровью.Кровью Карлоса.

Я вскочила с кровати и отбросила телефон, удрав в ванную комнату как ошпаренная. Закрыла дверь на замок, привалилась к ней и зажмурилась, попытавшись совладать с накатывающей на меня паникой.

Я там присутствовала. Я была свидетелем. Это убийство было совершено из-за меня. Я была в этом замешана. Я его совершила.

Мыбыли в этом замешаны.

Как Хантер сохранял такое спокойствие? Откуда у него взялось столь будоражащее убийственное хладнокровие? Сколько раз он подобное совершал? Мне было достаточно одного, чтобы потерять ориентир.

Я сбросила с себя обезображенное платье и, шагнув в стеклянную душевую, выкрутила кран с холодной водой на полную. Только после поняла свою импульсивную оплошность и, отскочив, быстро настроила комфортную температуру.

Там, за дверью и несколькими стенами, находился убийца и просто настоящий психопат, умело скрывающий свою истинную сущность при необходимости. Подтолкнувший меня на безумие, на самый страшный грех.

Я не сразу осознала, что от этих мыслей сердце в грудной клетке вновь ритмично затрепыхалось. Хуже того, между ног сладостно заныло и затвердели соски.

Когда-то я ведь хотела его, даже была влюблена. Я могла бы… могла бы добровольно поддаться этому искушению, пасть окончательно – дальше было некуда.

В названии следующих статей новостных порталов должно было красоваться:

«Француженка Мари Лемье добровольно сошла с ума».

Я перекрыла воду, не вытираясь насухо, обмотала себя широким полотенцем и вернулась в комнату, остолбенев в момент, когда этот безумец попал в поле моего зрения.

Хантер лежал на кровати, но теперь полностью обнаженный. Его подтянутое тело, украшенное многочисленными татуировками, и этот острый взгляд выбили из легких весь кислород. Боже…

Его член все еще стоял.

Он знал, чтоя сдамся.Он все просчитал наперед.

– Один раз, Хантер. – Мой голос сел от моментально вскипевшего возбуждения, когда я подошла ближе и сбросила с себя полотенце на пол. – Один-единственный, первый и последний раз.

– О, Мари. – Брандт безотрывно смотрел мне прямо в глаза. Он потянулся рукой к своему стоящему колом члену, простимулировав его несколько раз медленными, дразнящими, будто зазывающими меня движениями. – Не торгуйся со мной. Я возьму тебя столько раз, сколько захочу, и ты ничего с этим не сделаешь. К тому же…

Все рухнуло, раскололось, рассыпалось в мельчайшую крошку.

– Теперь тебе и самой будет мало одногораза.

Он ведь говорил вовсе не про секс.

Больной ублюдок.

Я залезла на кровать и безо всякого стеснения оседлала накачанные бедра Хантера. Это была не я, но мне дико нравилась эта самозванка, игриво трущаяся влажной промежностью о горячее мужское естество. Внизу живота с дискомфортом стягивался такой тугой узел, что я едва не перестала дышать.

Крепкие руки стиснули мои ягодицы, когда Брандт порывисто подался вперед и сел.

– Не играй со мной в такие игры, – прохрипел Хантер.

– А тебе, значит, можно?

Глядя на него из-под томно опущенных ресниц, я привстала и протянула руку к его члену, чтобы приставить головку к своему изнывающему лону.

Я хотела сделать это медленно, насладиться каждым сантиметром его твердого члена. Но гребаный Хантер Брандт насадил меня на себя одновременно с тем, как схлестнулся со мной в остервенелом поцелуе. Блаженно простонав от чувства наполненности, смешавшегося с болью, я прикусила до крови его нижнюю губу и толкнула обратно на спину.