Книга Синие бабочки, страница 131 – Джек Тодд

– Не пытайтесь манипулировать мной, как делали с Вандой Уильямс, мистер Эллиот, – говорит Смолдер совсем другим тоном и хмурит густые брови. Забавно, но на воротнике рубашки у него все то же едва заметное пятно от кофе. И бедняга не догадывается, что манипулировать дорогой Вандой мне давно уже не нужно. – Генри Тейлор сообщил, что видел, как в день исчезновения мисс Купер вы покидали академию. А мистер Стилтон предоставил доступ к записям с камер на посту охраны, но там чудесным образом не осталось ни одной записи прилегающих территорий за нужный день. Ни сада, ни парка, ни главной дороги. Скажете, совпадение, мистер Эллиот?

– Если бы вы позволили мне взять с собой телефон, а не поймали в коридоре и потащили неизвестно куда, я бы показал вам, чего стоят слова Генри Тейлора, – фыркаю я в ответ. – Мальчишка полностью зависим от Стилтона, потому что мечтает о месте старосты академии и хочет утереть нос старшему брату. И Ванда слышала их разговор на эту тему.

Конечно же, Смолдер мне не верит. Цокает языком и качает головой, будто перед ним сидит нашкодивший мальчишка, а не потенциальный убийца. Если мы весь день будем говорить в таком тоне, я сойду с ума быстрее, чем устану пересказывать до мелочей продуманную версию. Версию, которую проклятый Стилтон всеми силами пытается сломать. Старику не выгодно, чтобы я оставался в академии. Ему не нужно, чтобы я лишний раз открывал рот. Он просто спасает нагретое место и репутацию в глазах сенатора, а кто убил Джессику Купер, ему абсолютно наплевать. И он уж точно не в курсе, что все эти годы Коллекционер, о котором трубили в Лос-Анджелесе, сидел в соседнем кабинете.

А о погибших девушках из других университетов он и вовсе никогда не думал. Думать Стилтон привык только о себе.

– Не надо приплетать студентов, мистер Эллиот. Вы шантажировали Ванду, так ведь? Запугивали ее и причиняли ей боль, только чтобы она прикрыла вас перед полицией. Это уже не говоря о домогательствах.

На лице детектива проступает откровенная неприязнь. Готов поспорить, что и на моем тоже. Наши с музой отношения – уж точно не то, что стоит обсуждать с полицией, но выдуманная Стилтоном легенда не лезет ни в какие рамки. Может быть, Ванда боялась в первые месяцы, что с того? Может быть, временами ей было больно, какая разница? Впервые за последние годы она чувствует себя счастливой. Живой. Она чувствует себя в безопасности.

И она, идеальная, выбрала меня сама.Я просто чуть-чуть подтолкнул ее в Рокфорде.

– Вы говорили с Вандой, детектив, и я уверен, что она не выглядела жертвой. И после этого вы верите ректору Стилтону? Он просто боится навлечь на академию гнев сенатора Купера.

И вылететь из ректорского кресла, где ему не надо делать ровным счетом ничего: учебными планами давно занимаются методисты, правила отданы на откуп старостам, а половина профессоров крутятся как белки в колесе только ради того, чтобы рейтинг Белмора не упал.

Но если старик Стилтон хочет войны, он ее получит.

– На молодых девушек легко влиять. И вы шантажировали ее не только угрозой ее жизни, но и фотографиями.

– Теми фотографиями, которые сделал Генри Тейлор на рождественском балу? – Я вскидываю брови и довольно улыбаюсь, когда детектив Смолдер сводит брови к переносице. Этого, значит, Стилтон ему не сказал. – Или думаете, мне в тот момент больше всего нужно было нас фотографировать? А почему именно тогда? Слухи о наших отношениях ходят в академии давно, а Ванда столько раз бывала в моей комнате в преподавательском корпусе, что я мог наснимать ее со всех ракурсов и в любых позах. Почему именно эта фотография?