Книга Бессердечный, страница 116 – Джек Тодд

Впрочем, в последнее время он носит их все реже, когда мы остаемся наедине. Быть может, это что-то значит, но поразмыслить над этим я не успеваю. С губ вновь срывается стон, стоит Грегору скользнуть в меня пальцами – у него чертовски горячие руки и непозволительно умелые прикосновения. Боже. Если туман в голове – не последствие гипноза, то не удивительно, что вокруг него постоянно вились женщины. Анжелика, какие-то девчонки в клубе, да ему даже на улицах периодически улыбались, несмотря на шрамы.

Бросив возиться с пуговицами и пряжками, я выгибаюсь в спине и лишь сжимаю в кулаке шелковую ткань рубашки Грегора. Дышу шумно и тяжело и сама подаюсь бедрами навстречу коротким движениям его руки. Еще. Еще совсем немного, и у меня окончательно снесет крышу.

Даже раньше, чем он меня все-таки трахнет. Твою мать, если бы мне кто-нибудь сказал, что лучшее лекарство от стресса – секс с боссом, я никогда бы не поверила. Но вот мы здесь, едва соображающие от возбуждения и разгоряченные до изредка вспыхивающих вокруг меток на запястьях искр.

И на этот раз нам никто не помешает.

Не ворвется в квартиру ни Ксандер, ни Анжелика, ни кто-нибудь еще. Сегодня мир принадлежит только нам, и я не прочь раствориться в Грегоре без остатка. Отдаться тому, кто понимает меня по-настоящему, чувствует и знает, что творится в моей больной голове.

Правда же?

– Не отвлекайся, muñequita, – шепчет Грегор, проникая внутрь вторым пальцем, а затем и третьим. Двигает ими медленно, буквально издевается надо мной – то заставляет качаться на волнах удовольствия, то вновь опускает с небес на землю, замирая. – Или я и впрямь решу, что тебе не нравится.

– С ума сошел? – хриплю я в ответ и сама направляю его руку, прижимаюсь к нему всем телом. Боже, до чего же горячий, словно гребаное пламя у него по венам вместо крови течет. – Да ты… – Я вновь захожусь стоном и на секунду прикрываю глаза. Какие точки там задевает Грегор, что у меня перед глазами звезды вспыхивают от удовольствия? Твою мать. – Не знаю, что как ты это делаешь, но просто не останавливайся.

До утра. Или вообще никогда. Я готова провести всю жизнь вот так вот, на грани самого яркого и быстрого оргазма, когда в голове остается лишь приятная пустота, а все тело подрагивает от наслаждения. Когда надо мной нависает Грегор, ухмыляясь и сверкая удивительными серыми глазами. Когда он вот так вот приоткрывает губы и почти целует меня.

Почти.

– Только если ты будешь хорошо себя вести, – выдыхает он мне в губы и все-таки утягивает в очередной поцелуй. Горячий, нетерпеливый, болезненный.

И в один момент кажется, что это просто глупая шутка. Кто знает, может, босс в восторге от грязных шуточек в постели, но он и правда останавливается. Отрывается от меня и приподнимается, демонстративно облизывая пальцы – так, будто и не касался меня пару мгновений назад.

– Хочешь найти повод называть меня хорошей девочкой? – хрипло посмеиваюсь я, когда тянусь к молнии на его брюках. Какого черта он вообще до сих пор в одежде?

– Не льсти себе, хорошая девочка из тебя уже не выйдет. – Грегор прихватывает зубами мочку моего уха, проводит языком по коже на шее, и я вздрагиваю всем телом. – Но я назову тебя как только захочешь, если прекратишь возиться с застежкой. У тебя руки дрожат, muñequita.