Книга Чернильные цветы, страница 276 – К.О.В.Ш.

– Хватит!

Рома попытался их растащить, но братья сцепились, как бультерьеры.

– Рома, Рома! Сделай что-нибудь!

Марго испуганно повисла на руке среднего сына, прикрыв рот рукой.

Братья били друг друга, снеся вазу с цветами и вещи со столика. Андрей схватил антикварнуюпозолоченную шкатулку с камина и швырнул в лицо Кира. Парень прикрыл лицо рукой, но острая фигурка на крышке до крови прочертила по его кисти. Андрею было куда хуже. Нос был сломан, голова кружилась, он был весь заляпан кровью. Один глаз уже заплывал.

– Ты знаешь за что! – заорал Кир, не испытывая ни малейшей жалости и снова, как кошка, бросаясь на старшего Андреева.

На крики и шум прибежала домработница и тоже вскрикнула от ужаса. Рома встал между ними, пытаясь остановить кровопролитие.

– Хватит! – Он был не уверен, что сможет разнять этих двоих, но надо было что-то делать, пока мать не упала в обморок.

– Уйди, Ром. – Кир, не моргая, следил за Андреем.

– Я ничего не сделал, – прошипел старший, щурясь.

– Да неужели? – Кир увернулся от захвата Ромы и снова бросился на брата. – Скажи матери и жене, что ты ничего не сделал!

– Я ничего не сделал! – заорал Андрей и пропустил еще один удар.

– Остановитесь!

Лицо Марго было в слезах, а Рома просто встал, закрывая собой старшего, готовясь защищать его от обезумевшего Кира.

– Что здесь происходит?! – Глава семейства замер в дверях столовой, пораженный увиденным.

Впервые за всю его адвокатскую практику ему нечего было сказать. А отсутствием красноречия Андрей Андреевич никогда не страдал.

Рома выдохнул. При отце Кирилл успокоится. Но он, ко всеобщему удивлению, не успокоился, а продолжил драться с братом. Тогда Рома вместе с отцом вдвоем оттащили школьника от избитого Андрея.

Отец влепил младшему сыну сильную оплеуху, прогоняя безумие из глаз.

– В свою комнату! Живо! – свирепо сказал отец. – Сиди там, пока я не приду!

Кир с ненавистью посмотрел на всех, но ушел наверх.

Глава семейства не стал впадать в истерику или начинать полемику, а профессионально оценил ситуацию.

– Рома, убери здесь все, – приказал отец. – Мира, – обратился он мягче к ошарашенной домработнице, – дайте успокоительного моей жене и сделайте ей травяной чай. Я отвезу Андрея в больницу. У него явно сломан нос.

– Нет, – всполошилась Марго, – я сама отвезу его. Иди, поговори с Кириллом. Он сошел с ума. Бросился на брата, как только увидел в дверях.

– Ты сможешь вести машину в таком состоянии? – обеспокоенно спросил муж, глядя на ее белое от испуга лицо.

– Да.

– Ладно, езжай и позвони из больницы. Я позже подъеду.

Как только Андрей проводил жену с сыном догаража, он тут же, не глядя на Рому, пошел на кухню.

– Пап, – позвал Ромка, не зная, что сказать.

– Рома, сделай, что я сказал.

Мужчина устало потер виски и ослабил галстук на шее. Тяжелый день перетек в тяжелый вечер. Глубоко вдохнув, он твердой походкой пошел на второй этаж, в комнату младшего сына.

Кирилла он застал яростно молотящим по груше, подвешенной к потолку в углу просторной комнаты.

– Подойди и посмотри на меня, – властно сказал отец, закрыв за собой дверь.

Парень послушно подошел к отцу и уставился ему в лоб. Андрей только вздохнул. Глаза сына были чистыми, темно-карими и злыми. Никаких признаков употребления наркотиков или алкоголя. Взор был яснее, чем у сокола.