Книга Чернильные цветы, страница 157 – К.О.В.Ш.

Сам того не замечая, он так высоко ставил Лу, превознося ее над всеми девушками, что были в его жизни. И тем более горьким оказалось разочарование, что он испытывал. Он мог многое стерпеть и простить, пожалуй, все, кроме предательства и измены, что по сути своей – одно и то же. Один гребаный поцелуй перевернул все, заставив его перебирать в голове все случаи, когда она встречалась со своим «другом».

Кирилл говорил ему, что не стоит ей доверять, но как он мог не верить, глядя в ее такие чистые глаза?

– Может, эти отношения были обречены с самого начала? – спросил он у бутылки Джека.

– Я тоже иногда так думаю.

Рома настолько был погружен в свои мысли, что даже не услышал ее легких шагов. Он стоял к ней спиной, не желая оборачиваться. Начинать новый спор.

– Ром. – Девушка обошла его и встала к нему лицом. – Этот поцелуй… Прости. Я недолжна была позволять Нику целовать меня, – сказала она, не глядя на него. – Они с ребятами переезжают в Питер, мы выпивали, и он пошел меня провожать. Раньше мы часто целовались просто так, и, наверное, он просто хотел попрощаться, как раньше.

– Мы с Ликой раньше трахались на дорожку, это что, аргумент? – снова начал заводиться парень. – Тебе бы такое понравилось? Ты бы стала слушать эту чушь?

– Ты придурок! – Она поймала его ладонь и крепко сжала своими пальцами. – Ты встречался с Ликой, это другое. Мы с Ником год спали в одной постели, но никогда ничего не было. Я никогда не хотела его! – выпалила Лу, краснея. – Только тебя, – выдохнула она, бросив на него короткий взгляд из-под ресниц.

Она стояла перед ним, глядя в пол, продолжая сжимать пальцами его ладонь. Раскрасневшаяся от собственной смелости, Лу отчаянно хваталась за его руку, боясь, что он снова скажет ей уйти.

– Почему с тобой всегда так сложно, несносная ты женщина? – вздохнул Рома, притягивая ее к себе рукой, в которой все еще сжимал бутылку. – Чтобы я тебя рядом с Ником больше не видел. Я серьезно.

Она только кивнула и уткнулась лицом в его грудь, отпустив наконец его руку. Где-то там за мышцами, кожей и костями тяжело стучало его сердце, которое тянулось к ней. Он не мог злиться на нее, когда она стояла вот так, доверчиво прижимаясь к нему.

– Ты только моя, – прошептал Рома, сжимая пальцами ее подбородок. – Только моя, – обжигая дыханием губы, повторил он.

От того, как он это сказал, внутри что-то перевернулось. Лу снова почувствовала то всепоглощающее желание, которое преследовало ее с самой первой их встречи. Она хотела его безумно, так, что это уже напоминало одержимость. Ноги подгибались, а дышать становилось почти невозможно, когда они оставались наедине.

Здесь и сейчас Лу поняла, что сегодня они дойдут до конца. Не говоря лишних слов, она медленно, пуговица за пуговицей расстегнула мокрое пальто и сбросила его на пол. Забрав из рук Ромы, не совсем понимающего, что она делает, бутылку, она сделала небольшой глоток и поставила ее на комод. Повернувшись к Роме спиной, она стянула через голову свитер и отбросила в сторону.

– Лу? – Карие глаза с интересом и удивлением наблюдали за ней.

– Я хочу, чтобы сегодня ты был во мне, – хрипловатым от возбуждения голосом сказала она, радуясь, что он не видитее алого от стыда лица.

Помедлив, она завела руки за спину и расстегнула застежку лифчика, позволяя ему соскользнуть под ноги.