Книга Чернильные цветы, страница 107 – К.О.В.Ш.

– Не могу сказать, – протянул он, отводя глаза в сторону.

Лу знала, что это значит. Надолго. Просто Ник не хочет ее расстраивать. Первой реакцией было возмущение и обида, новдруг она просто взяла его за руку и крепко сжала.

– Будет очень здорово, если у вас все срастется, – спокойно сказала она, улыбаясь краешком рта.

Ник посмотрел на нее в крайней степени изумления, видимо, не ожидав подобной реакции. Лу изменилась. Быстро и внезапно, она словно стала на порядок старше. Спокойнее. Сестра хорошо влияла на нее.

– А ты повзрослела, кроха, – сказал он, улыбаясь. – Теперь мне будет гораздо спокойнее, – сообщил он, ероша ее волосы.

Лу не стала ничего говорить, не стала спорить, не стала рассказывать, как ей вдруг стало тоскливо от того, что они уедут. Это было бы так эгоистично. Она начала жить своей жизнью и должна отпустить Ника, который пойдет по своему пути. Глядя в его зеленые глаза, она хотела вложить в свой взгляд все то, что не смогла бы выразить словами, ведь Ник всегда понимал ее сразу. Парень грустно улыбнулся и прижал ее к себе. Они стояли, обнявшись, посреди улицы, не обращая внимания на прохожих, спешивших по своим делам. Сигареты, терпкий парфюм и дом – вот как пах Ник, нежно перебирающий ее волосы.

– Мы же встретимся еще до того, как ты уедешь? – попросила она.

– Обязательно.

Они гуляли еще часа два, болтая обо всем и ни о чем. Ник рассказывал о своих планах, амбициозных и слегка размытых, Лу слушала его, чувствуя, что у них всегда все будет так, как и год назад. Он всегда будет ее лучшим другом. И не важно, как часто они будут видеться.

Ближе к шести они распрощались, условившись собраться с группой и отметить их поездку. Крепко обняв парня на прощанье, Лу побрела в сторону автобусной остановки – она обещала завезти бабушке лекарства.

Всю дорогу в набитом людьми автобусе она провела в размышлениях. Что-то подсказывало ей, что отъезд Ника закончится полным переездом. И это было бы здорово, они с ребятами это заслужили. Но в то же время червячок эгоизма точил ее душу, заставляя жалеть о том, что очередная глава ее жизни заканчивается. И хотя она давно начала новую, это не давало ей покоя. Ник уезжает.

Утешало только то, что у нее еще будет время свыкнуться с этой мыслью. Будет время отпустить Ника, чтобы, провожая его на поезд, стоя на перроне, не раскиснуть. Улыбаться и быть стойкой.

Лу ненавидела вокзалы – они всегда отбирали у нее тех, кто ей дорог. Поезда заглатывали их и уносили в неизвестность, оставляя ее в одиночествестоять на перроне, сдерживая слезы, жгущие глаза.

Лу только закончила убирать стол после очередной удачно набитой татуировки, когда к ней в комнату поскреблась Роксана. Она уже успела переодеться и выглядела очень уютно и по-домашнему в плюшевых штанах и футболке со Спанч Бобом.

– Лу, спасай, – простонала она, картинно падая на диван. – Балроги замыкают круг.

Развалившись на диване, она накрыла лицо рукой, подглядывая за мелкой сквозь пальцы и ожидая реакции.

– Я думала, мы завязали со стенгазетами, – пожала плечами Лу, убирая машинку. – Что на этот раз?

– Меня достали все, особенно Кропоткин, который упорно хочет дополнительно заниматься. Это раз.

– Узнал-таки, что ты репетиторствуешь?