Книга Чернильные цветы, страница 105 – К.О.В.Ш.

– Что-то я запуталась, – поморщилась Лу.

– Ну, смотри. Например, ты уступишь бабульке место. Бабулька будет в хорошем настроении и не нахамит сотруднице в сберкассе. Та, в свою очередь, не нахамит продавщице в мясном отделе, а та не накричит на ребенка, потому что ей весь день хамят. И все станут немного счастливее.

– А если нет? Не все же могут так?

– А начинать всегда надо с себя. Просто никто не хочет быть первым. Первым не наорать, первым уступить. Все боятся, запираясь в свою броню, не высовываясь. И поэтому все несчастные.

– Звучит, конечно, красиво, но ты сама-то в это веришь?

– А не надо верить, надо стараться, – просто сказала Рокса. – Не всегда будет получаться, будешь срываться, но это лучше, чем бесконечно бродить по кругу, не пытаясь его разорвать. Я как-то смотрела сериал, там чувак один был. Он сказал, что тьма бесконечна, но пока есть звезды, будет свет. И добро всегда будет побеждать.

– Ты сейчас в хлам разрушаешь свой образ стервы. Просто крах. Рассуждаешь, как инфантильная дура.

Роксана ничего не ответила, только залезла зачем-то в телефон. Лу узнала песню с первых аккордов, а Рокса тем временем забралась с ногами на стул и запела, вторя голосу солиста, наигрывая на воображаемой гитаре:

Лу усмехнулась, а потом, последовав примеру старшей, забралась на соседний стул. Нащупав руку Роксы, она крепко сжала ее и подхватила припев. Они орали во все горло, забыв о соседях, о том, как глупо выглядят. Музыка опутала их, сближая, сливая в нечто неделимое, прочное. Только они, полумрак кухни и хриплый голос Сида, вырывавшийся из динамиков старого телефона:

Лу всегда думала, что один в поле не воин, не величина.Но сейчас она была не одна. Она с Роксой. Такие разные, но такие похожие, нелепо выкрикивающие слова песни, они держались за руки, стоя на шатающихся стульях. И это было круче любого концерта, крепче любого коктейля. Вдвоем против всего мира. Вместе против дураков. Как раньше.

Лу топталась у магазинчика, сжимая в руке банку колы. Периодически отпивая из нее, она переминалась с ноги на ногу, ожидая, когда придет Ник. Он вечно опаздывал. Но в этот раз ей не хватило бы совести его за это отчитать – она пропала на три недели, не писала и не звонила. Хотя он тоже. Странно было вдруг осознать, что еще недавно он был для нее если не всем, то очень существенной частью ее жизни, а сейчас он как-то так легко и непринужденно отошел на второй план.

Видимо, так и бывает, когда каждый живет своей жизнью. У нее в последнее время появилось много клиентов, да и на учебе преподы начинали жестить. Еще бы, до ЕГЭ, на который Лу было глубоко плевать, оставалось всего лишь каких-то полгода. Их заваливали домашкой в невероятных объемах, пытаясь затолкать в скудные детские умы то, на что отводилось одиннадцать лет.

– Давно ждешь, кроха? – Ладони Ника накрыли ее глаза. Он стоял сзади, обдавая теплым дыханием затылок. Не дождавшись ответа на вопрос, он провел рукой по ее волосам. – Решила сменить образ?

– Так вышло, – пожала плечами Лу. Обернувшись, она широко улыбнулась. – Как дела?