Книга Лорейн значит чайка, страница 67 – Мария Хомутовская

Гришка принес аптечку из экипажа, и Лорейн обработала и перевязала раны Роберта. Лакей собирался сделать это сам, но Лорейн деловито его прогнала, за что заслужила удивленный взгляд мужа. Должно быть, он тоже увидел ее в новом свете. Но кому, как ни ей, частенько сдиравшей ладони и колени о камни, знать об обработке царапин.

После их позвали ужинать.

– Вы уж не обессудьте, но придется вам с нами за стол сесть, – сказал Архип, когда Роберт и Лорейн вернулись в ту же комнатку, где состоялся первый разговор Лорейн с «валетами».

Роберт, казалось, чуть замешкался, а Лорейн сказала:

– Будем рады разделить с вами пищу.

Прежде сдвинутые к стене столы расставили и накрыли к ужину, хотя ни скатертей, ни стульев не было. Охотники сидели на лавках, а посудой им служили щербатые глиняные или деревянные миски.

– Рядом со мной, вот сюда, не побрезгуйте, – проводил гостей Архип.

Еда была простая: дичь и похлебка, но Лорейн все показалось очень вкусным, ведь обед они пропустили, и едва запахло съестным, как живот свело от голода.

За ужином пили самогон. Лорейн отказалась, а Роберт залихватски хмыкнул и опрокинул чарку. Вскоре к ним подошел Тишка и неловко извинялся за разбитый нос, хлопнув Роберта по плечу так, что тот едва не полетел на пол. Чтобы убедить недавнего врага, что извинения приняты, граф Эрдман-младший выпил и с ним. Потом они с Архипом разговорились и незаметно опустошили бутылку. К концу вечера Роберт достиг того состояния, когда сам, подобно Тишке, мог перепутать мужика с девицей, а графа с медведем. Лорейн пришлось просить Гришку и Савву помочь ему добраться до кровати.

Они аккуратно уложили хозяина, лакей стянул с него сапоги, и оставили супругов одних. Лорейн задумчиво смотрела на бесчувственное тело в своей постели, но наконец решила, что это и к лучшему – она не знала, как он отнесся к ее поцелую, а выяснять сейчас отношения не хотелось.Слишком сильна была усталость.

Лорейн переоделась, легла рядом с Робертом и заснула.

* * *

Наутро муж разбудил ее ни свет ни заря.

– Надо выехать пораньше, чтобы успеть добраться до места затемно, – так бодро сказал Роберт, словно не он вчера не мог двух слов связать и дойти самостоятельно до комнаты.

Пока Лорейн одевалась и собиралась, он убежал будить слуг. А она только диву давалась такой энергичности.

Однако задержаться все же пришлось. Прежде чем уезжать, Роберт написал два письма за своей подписью. Первое было к отцу. Роберт объяснял суть ситуации с «валетами» и просил взять их на службу. Второе письмо было в городскую полицию и содержало обвинения банде Щитомордника и просьбу заключить ее членов под стражу. С ним «валеты» должны были отвезти всю банду в полицию, а их самих Роберт указывал как своих работников.

Покончив с этим делом, он отдал письма Архипу:

– Как засадите Щитомордника за решетку, отправляйтесь в наше имение, там батюшка примет вас на службу и выдаст все необходимое.

У мошенника даже глаза заблестели.

– Вот спасибо, барин!

Он и вся его шайка сердечно благодарили Роберта и его «добрейшую барыню». Потом они помогли вывести экипаж на дорогу, ведь к их логову вела скрытная и непроезжая тропа, выдали им одну из лошадей на замену и припасов к обеду.

– До свидания, барин! Храни тебя бог! Гладкой дороги, барыня! – кричали они на прощание.