Книга Лорейн значит чайка, страница 111 – Мария Хомутовская

Живунов выглядел как типичный врач: серьезный, с бородкой, в круглых очках. Он выставил Лорейн за дверь на время осмотра.

А после усадил ее в кресло и подал стакан с какой-то горькой жидкостью. Лорейн машинально выпила ее и ощутила, как в голове стало проясняться.

– Сударыня, нет смысла ходить вокруг да около, – сказал Живунов, поглаживая рыжеватую бородку. – У вашего мужа серьезная травма. Перелом позвоночника, если быть точным.

Если бы Лорейн могла, она бы побледнела. Но кровь уже давно отлила от ее лица да так и не вернулась обратно.

– Он поправится, мистер Живунов? – от волнения Лорейн путала слова.

Он задумчиво гладил бородку.

– Несмотря на мою высокую компетенцию… Я вынужден предположить худшее… К сожалению, после травм такого рода восстановление не всегда возможно полностью. И в данном случае рассчитывать на серьезное улучшение не приходится.

Лорейн не выдержала:

– Что вы хотите сказать?

Доктор произнес:

– Граф Эрдман жив – это хорошая новость. А плохая новость в том, что ниже талии он парализован, возможно, навсегда.

– Парализован? – Лорейн ощутила, как на нее снова наваливается туман.

– Если быть точным, он не сможет двигать ногами, ходить, и все остальное… – Но его голос превратился для нее в монотонное жужжание. Она не хотела ничего слышать и ничего знать. Роберт поправится! И никакой доктор не сможет ее в этом разубедить!

Он давал ей какие-то советы, выписал несколько рецептов, объяснял, что сперва должен вправить позвонки, а затем наложить гипс, но она только рассеянно кивала. У нее в голове зарождался план. Наконец, окинув Лорейн подозрительным взглядом, Живунов вновь отправился к Роберту, чтобы взяться за лечение. Началась суета: слуги носили воду, исполняли поручения врача, слышались стоны Роберта.

Не выдержав, Лорейн сбежала в гостиную и долго стояла там, стараясь унять звон в ушах, пока ее не тронула за рукав Даша.

– Чаю вам подать, сударыня? – участливо спросила она.

– Нет, не нужно, – бросила рецепты на столик Лорейн и разрыдалась.

* * *

Спустя несколько часов, когда доктор закончил свои манипуляции, а Роберт спал под действием морфия, она решилась зайти к нему.Страшно было видеть его бледное лицо среди подушек и тянущиеся под одеяло от изголовья кровати ремни. Лорейн знала бы, для чего они, если бы слушала доктора, а так походило на пыточное приспособление.

Стоило ей подойти ближе, как он открыл глаза.

– Лора…

– Я здесь! – она осторожно присела на край кровати.

– Лучше ты, чем этот докторишка, – прошептал Роберт, скривившись, будто лимон откусил. – Что он тебе сказал?

Лорейн обещала себе не плакать, но слезы предательски затуманили взгляд.

– Он несет какую-то чушь! – ответила она. – Я уверена, что ты поправишься.

Роберт глянул на нее:

– Да брось врать! У тебя лицо, будто я уже скончался!

– Роберт…

Она нагнулась и поцеловала его щеку. А потом увидела, как снова скривился его рот и из его глаз покатились слезы.

– Это несправедливо! – сказал он, не глядя на нее. – Он убил моего отца! А теперь из-за него я…

Конечно, Лорейн понимала, о ком идет речь, и решила, что эта тема отвлечет Роберта ненадолго:

– А ты слышал весь разговор в кабинете? Ты знаешь, что лорд Бриголь мне не отец?

– Что? – кажется, это заявление и впрямь заставило его забыть о собственном плачевном состоянии.