Книга Потому что ночь, страница 22 – Кайли Скотт

Лукас кивает на меня.

— Она случилась.

— Это был несчастный случай, — говорю я, отложив на время свой завтрак. — Мой босс забыла сказать мне, чтобы я держалась надземных уровней и была здесь только в светлое время суток.

Генри хмурится.

— Должно быть, это было ужасно для тебя. В одиночку противостоять голодному вампиру. Тебе повезло, что это был отец, который достаточно контролирует себя, чтобы остановиться, и вообще не пьет, чтобы убивать. Иначе ты бы умерла как дронт⁵.

Я благоразумно промолчала.

— Неудивительно, что ты обратил ее, — продолжает Генри. — Должно быть, ты чувствовал себя полным дерьмом с этой своей вечно измученной душой.

Лукас хмурится.

— Мы — вампиры, пить кровь людей — это то, что мы делаем.

— Ну да, но не нужно грубить по этому поводу. И, старина, даже ты должен признать, что нападать на кого-то вот так и высасывать из него кровь — это… ух. Деклассически. Ты, должно быть, привел ее в ужас, весь иссушенный и иссохший, за столько-то лет сна.

— Она одна женщина, — говорит Лукас. — Ты был в бешенстве половину 1943 года на фронте. Ты убил тысячи.

— Это были нацисты. Смерть была им прописана.

Лукас качает головой.

— Хватит. Я не собираюсь вести с тобой этот чертов разговор.

— Раз уж у тебя здесь Генри, чтобы помочь тебе адаптироваться к новой эпохе, я тебе еще нужна или я могу идти? — спрашиваюя, звуча гораздо смелее, чем чувствую.

Взгляд Лукаса становится жестким.

— И куда именно ты пойдешь?

— Милая, — говорит Генри. — Поверь мне, ты не захочешь оставаться там одна. Не сейчас. Через пару дней они, вероятно, смягчат правила, и никто не знает, что произойдет. Последние тридцать лет здесь было как в диктатуре. Приходится постоянно оглядываться через плечо на псов из совета. Но разве тирания лучше анархии? Подозреваю, мы скоро это узнаем.

— Мы можем обсудить это позже, — говорит Лукас. — Генри, почему на твоей одежде прорехи? У тебя закончились деньги?

Генри задыхается.

— Извините. Это дизайнерские джинсы. Я вложил деньги в Apple в конце семидесятых и заработал миллионы.

— Ты инвестировал во фрукты? — спрашивает Лукас.

— В компьютеры, отец. Компьютеры Apple. Пожалуйста, постарайся не отставать!

Я потягиваю свою кровь и молчу.

— Итак, выкладывай все, как на духу. Что это за обезглавливание было вчера вечером? — спрашивает Генри, скрещивая ноги и устраиваясь поудобнее. — Я тихо жил в этом городе десятилетиями, а теперь вдруг снова оказался в центре внимания из-за тебя.

— Я очень сомневаюсь в этом. — Он провел ладонью по подлокотнику кресла. — Требовалась демонстрация силы.

Генри кивает.

— Арчи уже много лет не дает покоя твой статус GOAT.⁶

— Я должен понять хоть слово из того, что ты только что сказал?

— GOAT означает «величайший всех времен», — объясняю я. — Он делает тебе комплимент.

Лукас смотрит в сторону небес. Хотя я сомневаюсь, что кому-то из нас там рады.

— Это так весело, — говорит Генри. — Ты должен был обратить Скай много лет назад. Она не только декоративна, но и поддерживает мир. Иметь такую сестру, как она, просто замечательно.

— Я так рада, что ты это одобряешь.

— Чем мы займемся вместе? — спрашивает Генри. — О, я знаю, ты когда-нибудь была в Париже?

Я отложила пустой пакет из-под крови в сторону.

— Я даже никогда не выезжала за пределы страны.

— Что ж, теперь ты богата и бессмертна. Пора задумываться о большем, — говорит Генри. — Куда ты хочешь отправиться в первую очередь?