Книга Не лезь в бутылку, или Джинн в посудной лавке, страница 38 – Натали Мед, Хельга Блум

Я ошарашенно смотрела на джинна, который для начала оказался не просто джинном, а великим магом, легендой всего королевства. И теперь оказалось, что у легенды имеется склочная мамочка, помешанная на собственной внешности, и… и наверняка целая семья! Никогда не задумывалась, что у легенд бывают семьи. С умасойти!

– А твоя мама жива? – осторожно поинтересовалась я. – Она наверное, ужасно переживала, узнав о твоей гибели. Может стоит её известить?

– Для своей мамы я был самым огромным разочарованием в жизни, – хмыкнул джинн с горечью. – Когда ей не удалось выйти замуж за короля, она вышла замуж за его первого советника, несмотря на то, что тот был старше её в два раза. И очень мечтала о дочери, чтобы выдать её потом замуж за принца. Корона была какой-то её навязчивой идеей. А родился я. И за принца меня выдать не получилось бы…

Я только хлопала глазами от обилия вылившейся на меня информации. Почему этот тип, который за последние дни мне двух слов без издёвки не сказал, вдруг излагает такие интимные подробности?

– Почему я это всё вдруг тебе рассказываю? – ехидно усмехнулся джинн, словно прочитав мои мысли. – Чтобы ты раз и навсегда уяснила: никому ничего не нужно про меня рассказывать. Особенно родне. Чтобы в припадке добросердечия не кинулась разыскивать моих родителей, чтобы сообщить им благую весть, что я жив-здоров. А то уже вижу, как у тебя глаза горят. Некому рассказывать, в общем-то. Матери таки удалось исполнить свою мечту. Она сбежала с делегацией соседнего королевства, когда мне не исполнилось и десяти лет, и вышла замуж за тамошнего короля. Думаю, все эти её зелья красоты помогли. А отец не пережил предательства любимой жены. Как ни странно, он её очень любил.

– Ой, – я прижала ладони к щекам. – Так ты тоже сирота.

– Ну и что? Сирот у нас сейчас в королевстве после войны, пожалуй, больше, чем детей из полных семей. Моя жизнь была не такой плохой. Я занимался тем, что мне нравится, и сделал неплохую карьеру.

Я машинально ухватила крадущегося между кресел Батона и усадила его на колени, начав насильно гладить. Батон слегка взвыл, но быстро смирился, поняв, что отпускать его я не собираюсь, и попытка диверсии снова предотвращена. Странно: меня Батон почему-то не пытался ни укусить, ни расцарапать.

– А твоя мать, случайно, не жена короля Мироянских земель? – поинтересовалась я.

– Догадалась, – усмехнулся джинн. – Да, это она. Почему ты думаешь, мы воюем?

– Уже не воюем, – развела руками я. – Три года назад помирились.

– Да неужто? – скривился джинн. – Я всё пропустил, сидя в этой посудине. И как это король на этопошёл? Он воспринял смерть своего первого советника очень близко к сердцу и посчитал женитьбу мироянского короля плевком в свою сторону и попыткой дестабилизировать политическую ситуацию.

– Все войны ведутся из-за женщин? – усмехнулась я. – А нам-то говорили, что это спорные земли в районе Каримского перевала.

– Сказать можно вообще всё, что угодно. А эти земли были частью приданого моей матери, когда она выходила замуж за отца.

– Как всё сложно! – присвистнула я. – Значит всё-таки из-за женщины и её приданого?

– Она того не стоила.

Я, склонив голову, ещё раз оглядела джинна. Если он похож на свою мать, что я сильно подозревала, то я бы скорее удивилась, что в войну не ввязались ещё штуки три соседних королевства. Джинн… то есть Илар был невероятно, нечеловечески красив. Поэтому у меня с самого начала даже и мысли не возникло, что он может быть просто человеком. Нет, «просто» человеком он и не оказался. Он оказался легендой. И что, ради всех демонов, мне теперь с этой легендой делать? Особенно теперь, когда сердце сжимается от жалости к мальчишке, которого бросила собственная мать, который тоже потерял отца… И… ну, его ненависть и презрительное отношение к женщинам теперь понятны.