Книга Долг Короля, страница 256 – Риссен Райз

Орвальд повернулся к племяннику, и его лицо приобрело более чем суровое выражение. Но Анхельм пережил слишком многое, чтобы испугаться дядюшку. Прежде он, наверное, язык бы проглотил и поклялся чем угодно, что сохранит секрет и будет во всем подчиняться. Но он провел в обществе Рин достаточное время, чтобы осознать свою силу, чтобы понять, что никто над ним не властен.

— Не смей мне приказывать, — процедил он. — Я больше не ребенок, которым ты мог вертеть. Я понятия не имею, что ты там задумал, но подчиняться твоей воле я более не намерен.

— Анхельм! Забыл, с кем разговариваешь? Я тебе не служанка! И не потаскуха эта цветная, чтоб ты зубы мне показывал!

Анхельм медленно поднялся с дивана, расправил плечи, в один шаг оказался около дяди и схватил его за грудки.

— Никогда в жизни… Никогда! Не смей отзываться о Рин такими словами! — пригрозил герцог сквозь зубы.

— Хочешь ударить меня? — усмехнулся Орвальд. — Что же ты медлишь?

— Боюсь, если я тебя ударю раз, то не смогу остановиться, — тихо ответил Анхельм и отпустил дядю.

— Теперь ты похож на своего отца. Кровного отца. В тебе просыпается та же жестокость, что и в Вейлоре. Еще немного, — и ты поддашься своей крови.

— Никогда, — промолвил Анхельм. — Никогда! Я никогда не буду похож на него, потому что меня воспитали другие люди. Кровь не имеет значения.

— Посмотрим, как ты запоешь, когда сядешь на трон.

— Ты знаешь, что мне никогда не был нужен трон, — напомнил Анхельм, пристально глядя на Орвальда. — Жажда власти всегда была только у тебя, но не у меня! Я воюю и терплю колоссальные потери в борьбе за то, что мне не нужно!

— Он терпит потери… вы поглядите на него! Всю жизнь я верчусь, как уж на сковородке, чтобы спасти твою шкуру, твое положение, несносный ты мальчишка! Я свою жизнь положил на то, чтоб сохранить жизнь тебе и сделать ее лучше, чем у свиньи в хлеву! Посмотри на себя! Те деньги, которыми ты соришь направо и налево…

— Я заработал своими мозгами! — перебил его Анхельм.

— А кто дал тебе возможностьих заработать? Кто увез тебя из замка, подальше от всех опасностей?! Кто тебя из горящего дома вывез?!

— А кто его поджег?! — заорал Анхельм, схватив и встряхнув дядю так, что у того аж зубы лязгнули. — Ты думал, я не догадаюсь, что все это было твоих рук дело?!

— Анхельм!! Угомонись! Подумай, что несешь! — взревел дядя, отталкивая племянника.

— Я говорю то, что считаю правдой! Ты убийца!

— Остановись!! Ты не ведаешь, что творишь!! Я не убивал твоих родителей! Не убивал! Вольф был моим братом! Я любил всех вас!

— Тогда с чего вдруг имение загорелось среди ночи, когда все спали, а ты в нем оказался так вовремя, а?!

— Я приехал накануне вечером, чтобы забрать Марисоль на воды, ты был маленький, ты не помнишь!

— Я прекрасно помню банку со странным белым куском под водой, что ты притащил к нам однажды, — прошипел Анхельм. — И я помню, как ты поставил его в чулан, то место, где полыхало сильнее всего, откуда начался пожар! Будешь говорить, что этого не было?!

— Не было!! Все было не так! Да, банка с фосфором загорелась, но моей вины в том не было! — кричал дядя, стуча кулаком в стену. Он весь побагровел от гнева, руки тряслись, лицо перекосило. — Неблагодарный мерзавец! Ты двадцать пять лет жил в тепле и достатке, как сыр в масле катался! У тебя было все, о чем можно мечтать. Да если бы не я, служить тебе в армии, сгинул бы на границе — поминай, как звали! Кто тебе девку твою сохранил?! Кто ее к тебе привел, чтобы ты только стонать перестал, как тебе одиноко? Ты мне жизнью обязан! Не смей меня обвинять!