Книга Фривольное лето. Ярко горят!, страница 122 – Дмитрий Арканов

Её голос выдавал напряжение, Мику явно переживала, что её старания могут оказаться недостаточными.

— Только не уходите. Семён кассеты принёс, сейчас слушать будем, может, что-то понравится, и мы это сыграем на концерте все вместе. Как здорово будет! — воскликнула она, мечтательно прикрыв глаза и приложив ладошки к щекам.

«Похоже, балдеет от одной только мысли о подобном», — подумал я, наблюдая за её воодушевлением.

Алиса, которая до этого расслабленно наблюдала за происходящим, приподнялась, подперев голову рукой и одарила нас ехидной улыбкой:

— Какой там сыграем⁈ Этот ученик твой новенький вообще ни в зуб ногой. Я вчера проверяла. В музыке он полный ноль! — она сделала паузу, чтобы насладиться эффектом своих слов, а затем продолжила ещё более насмешливым тоном:

— Хочешь сказать, за это время он чему-то научился? Как будто вы тут чем-то полезным занимаетесь, ну-ну, так я и поверила.

Мику опустила голову, явно чувствуя себя неловко. Её глаза потускнели, а плечи чуть ссутулились.

— Кое-чему всё-таки научился, — ответил я, поймав её растерянный взгляд.

Алиса удивлённо вскинула брови:

— О как! Ну давай, удиви меня!

Алиса вольготно развалилась на матрасах,как римский патриций, слух которого сейчас будут услаждать изысканнейшей музыкой. Кубок с вином заменяла кружка чая, а блюдо с яствами — развернутая и лежащая на фантике конфета. Не хватало только прекрасной рабыни с опахалом рядом.

— А ты, Мику, можешь пока помахивать надо мной нотной тетрадкой. Жарко тут у вас, — добавила Алиса.

«Похоже, не у меня одного сложился подобный образ», — подумал я, усмехнувшись про себя.

Я взял гитару и сел на стул перед почтенной публикой. С улыбкой понаблюдал за суетой Мику, которая разыскивала, чем можно охладить Двачевскую.

— Тебе разрешение нужно? Мы готовы внимать, приступай, — поторопила меня Алиса, едва сдерживая нетерпение.

Я глубоко вдохнул.

«Надеюсь, не опозорюсь».

И начал играть.

Первые аккорды заставили всех замереть. Я играл спокойно и неторопливо, как на репетиции недавно.

«Не смотря на то, что это можно сказать моё первое выступление перед публикой, я ни капли не волнуюсь — удивительно!»

Через несколько минут, когда я отложил гитару и шутливо поклонился, первой ожила Алиса:

— Неплохо, неплохо. Особенно если учесть твой вчерашний уровень.

— А что за песня? Не слышала раньше. Там слова есть? Может, ты и спеть можешь? — спросила Алиса, явно заинтересованная.

— Спеть, наверное, не получится. Я не умею петь и стесняюсь, как звучит мой голос, — повторил я то, что буквально вчера уже говорил Мику.

— А чего стесняться? Нормальный у тебя голос. Всем же нравится, да? — Алиса оглядела остальных, ища поддержки.

— Алиска просто втюрилась в Семёна, поэтому ей всё нравится в нём! — выпалила Ульянка, за что тут же получила грозный взгляд Двачевской.

— Ну-ка цыц! Без сопливых солнце светит! Молчи в тряпочку, пока не зашибла мимоходом, — процедила Алиса, взмахнув рукой так, что чай из её кружки расплескался.

Я оглядел притихших девушек: похоже, все ждали моей реакции.

— Изначально это песня на английском языке, про парня, который страдает от того, что его соседка, в которую он влюблён, уезжает навсегда. А он так и не успел ей признаться, — проговорил я, чтобы разрядить обстановку.

— Да это ж практически про тебя! Очень правильную песню выучил! — воскликнула Алиса с ухмылкой.