Книга Фривольное лето. Ярко горят!, страница 121 – Дмитрий Арканов

«Надеюсь, как-нибудь объясню, что это за чудобуржуйской конструкторской мысли и как оно ко мне попало», — подумал я.

Но вместо телефона под подушкой обнаружились две плёночные кассеты «МК-60».

«Не понял! А телефон куда делся?»

Я скинул подушку на пол и стал судорожно рыться в постели. Мику, заметив мою суету, удивлённо спросила:

— Сёма, что случилось? Потерял что-то?

— Сложно сказать, — пробормотал я, переворачивая всё бельё.

Переворошив всё и не найдя искомого, я замер и озадаченно почесал затылок.

— Может, и потерял, а может и нет.

«Что если его нашла Ольга Дмитриевна? И забрала себе? Или переложила куда-то? Но почему взамен оставила кассеты? Это всё как-то странно… Ладно, там будет видно. Однако, что делать сейчас? Я ведь собирался заманивать Двачевскую в музыкальный кружок с помощью песен из своего времени», — размышлял я.

— Были ещё кассеты. Я их с собой привёз. Но почему-то остались только эти. Не пойму, куда делись остальные. Надо потом будет ещё поискать, — озвучил я работу мысли.

Мику нахмурилась, но быстро взяла себя в руки и улыбнулась:

— У-у-у. Вот как. Но, наверное, на первое время хватит и этих. Вдруг там и будут те песни, что понравятся девчатам, тогда не страшно.

Она снова улыбнулась, на этот раз более уверенно.

— А я потом, если что, тебе свои отдам. Не расстраивайся так!

— Да я не расстраиваюсь, странно просто…

— Ладно, как бы то ни было — пора идти, ты права. Нельзя заставлять ждать наших хулиганок. Надо их заинтересовать, пока не разбежались!

— Да!

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в мягкие оранжевые тона. Мы вышли из домика вожатой. Мику бодро прыгала по ступенькам впереди меня, а я наблюдал за ней, погружённый в свои мысли.

— А твоя нога? Уже не болит? — спросил я, чувствуя, как моя бровь скептически ползёт вверх.

«Я, конечно, не доктор, но, определённо, не бывает так: утром у человека настолько сильная боль, что невозможно ступить, а вечером он ходит как ни в чём не бывало.»

Мику сделала несколько до комичности широких шагов вдоль по улице, а потом развернулась ко мне, сияя улыбкой:

— Уже всё прошло! Благодаря Сёмочке! Потому что ты меня хорошо полечил! Ухаживал, заботился и сидел со мной до самого полдника! Теперь я могу снова прыгать и скакать! Как ты и обещал утром!

И, чтобы продемонстрировать свои способности,она подпрыгнула на месте, размахивая руками.

— Вот!

— А, ну хорошо, — ответил я, недоверчиво улыбаясь.

— Очень рад, что ты вновь полностью здоровенькая и жизнерадостная.

— И я тоже! А теперь пошли скорее.

Мику взяла меня за руку и энергично зашагала, потянув за собой. Её энтузиазм был заразительным, и я невольно ускорил шаг, стараясь не отставать.

— Что-то вы долго. Мы уже весь чай выпили и конфеты подъели. Уля вон домой засобиралась — переодеваться. Говорит, лучше б на футбол пошла, — произнесла Алиса с лёгкой насмешкой. Она удобно устроилась на матрасах, закинув руки за голову и растянувшись в полный рост.

Ульянка тут же подхватила её слова:

— Конечно! Они там прогуливаются неторопливо, держась за ручки, а мы тут сиди, жди этих счастливых влюблённых! Которые часов не соблюдают. В духоте причём!

Мику заметно смутилась, а глаза забегали в поисках выхода из неловкой ситуации.

— Ой, точно! Совсем забыла. Сейчас открою окна. И конфеты есть ещё, только это уже точно последние, больше нет, — торопливо проговорила она, стараясь всячески угодить строптивым гостям.