Книга Осмеянная. Я вернусь и отомщу!, страница 140 – Анна Кривенко

— После случившегося сегодня утром самым ожидаемым и разумным будет поговорить об Амелии Нортон. Все вы знаете эту студентку, как крайне жестокую и вспыльчивую особу, которая доставила окружающим массу неприятностей, — студенты зашумели, подтверждая слова дознавателя. — Но есть и другая сторона медали, о которой нам расскажет… ее брат Дин Нортон. Разрешите подключить магтрансляцию, потому что показания я записывал на магические кристаллы…

Мэтью поспешил за кулисы, но возвратился обратно в ту же минуту. В руках он держал светящийся шестиугольник, которым помахал в воздухе, и сзади на стене появилось огромное, хоть и несколько нечеткое изображение молодого человека.

Он незримо напоминал Амелию, хотя взгляд у него был совершенно другим — смущенным, немного затравленным. Кажется, характером он пошел не в сестру. И слава Богу!

— Всегда ли ваша сестра вела себя агрессивно? — приглушённо спросил Мэтью Гарнер.

Дин Нортон тяжело выдохнул:

— Ну, Амелия с детства была вспыльчивой и требовательной. Для нашего рода это считалось даже достоинством. Но в последний год она сильно изменилась. Стала нетерпимой, нервной, постоянно расстроенной. Я думал, это из-за её влюблённости, но потом начал замечать, что у неё трясутся руки. Я подозревал, что её могли травить. Очень хочу, чтобы дознаватели разобрались. Она сложный человек, но это моя сестра, и я люблю её. Не хочу, чтобы на неё свалили чужие преступления…

Запись закончилась. В аудитории послышался удивлённый гул. Но на лицах некоторых студентов читался скептицизм.

— Она же его сестра…

— Конечно, он будет её выгораживать! — выкрикнул кто-то из студентов.

— Вотименно, — поддержали другие. — Брат Амелии Нортон — плохой свидетель, предвзятый.

Мэтью поднял руку, призывая к тишине.

— Послушайте, я провёл более глубокое расследование, — спокойно сказал он. — Говорил не с одним человеком. У меня есть их показания.

Он сунул руку за пазуху и достал скрученный в трубочку лист бумаги, украшенный королевской печатью.

— Здесь собраны показания десяти человек, которые так или иначе контактировали с Амелией в последний год. Все они утверждают, что её поведение часто было странным и неадекватным. Это даёт нам основание предполагать, что на протяжении последнего года Амелия Нортон, возможно, подвергалась внешнему воздействию.

— Так кто же это? — загремели голоса со всех сторон. — Не томите, говорите уже!

— Не так быстро, — слегка улыбнулся дознаватель. — Мы пойдём по порядку.

Он сделал паузу, а затем продолжил:

— Сейчас мы обратимся к делу, которое уже несколько месяцев на слуху. Это касается ситуации вокруг Вероники Шанти…

Я почувствовала, как его взгляд скользнул в мою сторону, и, встретившись с ним, бодро улыбнулась. Он кивнул в ответ и продолжил:

— Итак, Вероника сама засвидетельствовала, что перед тем, как покинуть академию, Амелия Нортон буквально посадила её жизнь и здоровье на кон. Она столкнула её с крыши. И если бы не чудо, Вероника Шанти сейчас с нами не стояла бы, — Мэтью повернулся к преподавателям. — Лично меня очень удивляет, почему учителя не подняли шум по этому поводу, как должны были…

Этот упрёк заставил некоторых педагогов насупились, а иных испуганно побледнеть. Я не смогла сдержать нервный смешок.

— Может, хоть кто-то их прижучит, — пробормотала себе под нос.